1892-й год. Объявление царского указа об очередном выселении евреев за черту оседлости застает Левитана за работой над одним из шедевров – картиной «Вечерний звон». Пейзажист номер один вынужден в 24 часа покинуть Москву. Под первую высылку он попадал еще студентом. Только хлопоты друзей – от Павла Третьякова до Саввы Мамонтова – позволят ему вернуться в столицу.
В местах своей ссылки, во Владимирском уезде, Левитан успевает найти сюжет для следующей картины. Владимирка, или «Володимирка», как написал сам художник в правом нижнем углу работы, – единственное злободневное, обличительное полотно Левитана, его гражданское высказывание. На нем уходит за горизонт Владимирский тракт – дорога, по которой гнали в Сибирь заключенных, в том числе политических. Это символ "Руси сидящей". Бесправие и горести маленького человека Левитану слишком хорошо знакомы.
Не показывая ни кандалов, ни изможденных людей, ни страдающих лиц, он пишет картину, пронизанную психологическим напряжением, – и это считывают и зрители той эпохи, и цензоры. Пейзаж с политическим подтекстом – настолько крамольная вещь, что картину известного художника никто не хочет покупать. И даже подарить ее удается не с первой попытки. Зайдя в гости к знаменитому журналисту Владимиру Гиляровскому и не застав его дома, Левитан оставляет свою «Владимирку» у него в квартире, как дружеский дар. Но, к удивлению художника, Гиляровский возвращает картину обратно. Это слишком компрометирующее полотно, чтобы иметь его в своей домашней коллекции. В конце концов, Левитан пишет Павлу Третьякову: «Владимирка, вероятно, на днях вернётся с выставки, и возьмите её, и успокойте этим и меня, и её» . Так картина Левитана находит себе политическое убежище.
Из книги:
Передвижники. Художники-передвижники и самые важные картины конца XIX – начала XX века
https://www.labirint.ru/books/740206/
книга с автографом автора: