«Хорошо, что муж на вахте, я ему сказала, что просто в „женской“ больнице лежу. Не дай бог, узнает, мне тогда не жить. Да и вообще всей деревней пальцем показывать будут, запозорят», — призналась ровесница из соседней палаты Марина.
Разговор произошел на третий день моего «лежания». Само лечение пока не началось, у меня снова взяли общие анализы и сделали разметку на животе и боках — нарисовали йодом крестики, в центр которых должны будут попадать лучи радиотерапии.
Я не понимала, как поддержать разговор, потому что в принципе не понимала, как можно стыдиться онкологического заболевания. Может быть страшно, может быть больно, может быть некомфортно от сочувствующих взглядов здоровых людей, но, чтобы стыдно? При этом я понимала, что ее чувство — не наносное, что у него есть очень прочное основание.
— Марин, а почему? В вашей деревне так стыдно вообще болеть? Или позорно болеть именно онкологией? — аккуратно спросила я.
— Не понимаешь, что ли? Во-первых, бабки говорят, что так бог наказывает за грехи, во-вторых, рак «по женской части» — это значит, что я гулящая. А я в жизни мужу не изменяла! — Марина была в одном шаге от истерики.
Симпатичная женщина, у которой два взрослых женатых сына, уже есть внучка. Марина успевала вести хозяйство и держать торговую точку, мотаясь за тряпками к родне в Казахстан. Добротный двухэтажный дом недалеко от райцентра. Сама рулит каким-то громадным внедорожником. И вот такая «древнедеревенская» стигма, которую ни за что не выбить из ее головы.
Пытаюсь зайти с другой стороны:
— Смотри, а если у мужчины случится рак яичка, жена его должна бросить? Ну, значит, он гулял направо-налево, и нагулял такой вот «позор».
— Не-е-ет, это ж совсем другое! Как ты не понимаешь, это ж мужик, ему все с рук сходит…
Все время нашего пребывания в больнице Марина на самом деле рассказывала мужу, что она лежит в другой больнице, на другом конце города. И ни разу не упомянула никакой онкологии, не поплакалась на некоторые жутко болезненные процедуры, которые начали делать примерно со второй недели. То есть, вешала лапшу на уши. Врала. Вероятно, в их деревне это и не стыдно, и не грех.
Лайк и комментарий — это то, что сейчас очень важно!