***
Когда уйдёт надежда в тёмные леса
И там заблудится, заплачет, как ребёнок,
Я проклинаю путь на небеса,
Самой судьбой мне сужденный с пелёнок.
И так безвременно, до гробовой доски:
И в малом, и в большом – надежды нет.
И веры нет. А приступы тоски
Диктуют примиряющий совет.
Как Иисус к распятию прибит,
Бывает, я смиряюсь перед веком –
И ужасом наполнен этот миг.
Но, счастие небесное постиг,
В огонь его бросаюсь человеком –
Участником нездешних бурь и битв.
***
Грохочут дальние составы,
Несутся поезда в ночи.
За день набегавшись, усталый
Ребёнок дремлет на печи.
Как сладко сон мечту волнует,
Тепло как светится фонарь…
Всё чаще память, мой звонарь,
По прежней звоннице тоскует.
Так далеко с её небес
Мне виделся тот край чудес,
В который попадал я летом.
Забросив пыльные штиблеты,
Я убегал в липовый сад
Или пугал гусей отряд,
Идущий важно от реки.
Всё было ясно, и тоски
Не знала юная душа
Под сенью детства шалаша.
Под перестук далёких снов,
Под перезвон колоколов
Не спит недетская душа,
Неровно в сумраке дыша.
*** Н.С.
Дорогая, ты прекрасна,
Как вчерашний день.
А сегодня день ненастный,
И на сердце тень.
Припев:
Лезет в голову такое,
Что не, боже, приведи
Я не ждал с тобой покоя,
Ты мне пишешь – жди.
Дорогая, я страдаю,
Я ночей не сплю.
За тебя переживаю,
За любовь свою.
Припев
Простенький платок из ситца
Душу бередит.
Желтый лист у ног ложится –
Что там, впереди?
Припев
Аудиоверсия – здесь.
***
Это чудо костра!
Возгорается трепетный атом –
И рождает тепло,
И приносит уют и покой,
И дарует надежду на то,
Что откликнется братом
Этот хмурый мужчина,
А женщина станет сестрой.
Не понять, почему
Мы такие далёкие рядом.
Почему, не понять,
Мы родные такие вдали.
Не понять, почему
Возгорается трепетно атом
И дарует молитву,
Молитву о вечной любви.
*** Памяти друга Николая Аристархова
Исполни, маэстро, свой долг перед нами:
Сыграй нам о нашей любимой судьбе.
Не вымолвить душу так полно словами,
Но звуки покорны тебе.
От века и присно эфирная совесть!
Тобой поверяется пройденный путь.
Но завтрашний день – это новая повесть.
Сыграй нам ещё… что-нибудь.
***
Я не люблю тебя, но ты мне нравишься,
Когда причёсываешься и когда красишься,
Когда несёшь себя, почти безвесную,
Мне неизвестную без шёлка тесного,
Но столь прелестную для взора честного…
Я не люблю тебя. Нет, не люблю.
Но что себе мне лгать? – Ты так мне нравишься,
Когда так дразнишься и часто разнишься,
Что я к твоим ногам уже бы бросил рать,
Но в крепости не я царю. А воровать…
И если нечего здесь приступами брать
Я говорю себе, что я не тать,
Что не люблю тебя, что ты мне нравишься.
Должно быть счастлив тот, пред кем стараешься…
Но что гнетёт тебя, и чем ты ранишься?
***
Свет уличных фонарей,
Всегда такой блёклый и хмурый,
В этот вечер первого снега
Вдруг ожил, ослепил меня.
Что со мной?
Приближается новая радость?
Или в белизне освещённого снега
Я увидел её, ту, которая есть,
Ощутил притяжение её молодого, открытого тела,
Свежесть кожи и нежность улыбки её,
Зовущей и ждущей?
Да, да, и это есть
В ярком сиянии прозрачного и студёного вечера,
Это – и много ещё всего,
Что заставляет биться сердце
Смятенно и гулко у самой гортани.
Что со мной? Что?..
***
О мир! Он бесконечно совершенен!
Пределы ставим мы, чтобы всё постичь.
Живём – и убеждаемся на деле,
Как путь наш к совершенству беспределен.
***
По стёклам и по подоконникам
Незрячий дождь струится.
Неверным, идолопоклонникам
Не окропляет лица.
По трубам и – рекой – по улицам
Чудесный ток стремится –
И блёстко друг на друга жмурятся
Подсолнечные лица.
***
Я поднимаю свой бокал
С янтарным соком виноградным
За алебастровый оскал
Любви твоей цыганской, Рада!
Я пью лозы священной суть.
Так брошен жребий. Выбран путь.
***
Слепой дождик – страсть слепая…
Что-то будет, я не знаю –
Я тебя люблю.
Тьма блужданий – свет счастливый…
Но неужто – миражи вы,
Милые глаза?
Век холодный – миг горячий…
Я сегодня самый зрячий,
Ну, а завтра что?
*** Т.К.
Научи меня вере твоей,
Научи теплоте твоих дней,
Когда пью пряный запах кудрей,
Становясь и пьяней, и добрей.
Научи меня прямо смотреть
На людей, на дела, на слова.
Научи меня жарко краснеть,
Когда совесть предъявит права.
Научи меня строго молчать.
Научи говорить горячо,
И рассветы, как вёсны встречать,
И как счастье – твоё плечо.
Аудиоверсия – здесь.
***
Я – дух твой, человечище,
Я – капля в море сером,
Я – свет, светило, светище,
Я – вспыхнувшая Эра.
В безмерии я – мера,
В безверии я – вера,
В безлюдии я – человек,
В безвременье я – век.
***
Творец создал Творение,
Творение дало Имя,
Имя нашло Апостолов,
Построивших ушлую Догму.
Время рушило Догму,
Бросая взгляды на Имя,
Утверждая Творение вечным,
Называя Творца Отцом.
***
Спать. Завтра я живу последний день.
Встать. День прожить и снова умереть.
Взять. Какая радость впереди!
Дать. Такое счастье на земле
Жить!
***
От абстрактного к конкретному – каждый день,
От понятного к секретному – мне не лень.
Заколодела дороженька – ни следа,
Замуравела безбожненько – ой, беда.
Выпью утречко рассветное я до дна.
Ветер тучи несусветные разогнал.
И взяла заря малиновые – эй, тона,
Раздалась колысь калиновая – ай, стена.
Отведу ль я очи отчие за утра?
Спрячу руки ли охочие от добра?
Замуравела дороженька – ни следа,
Заколодела безбожненько… не беда.
***
Скоро солнце взойдет и восток обнажит свои плечи.
Скоро солнце взойдёт и заблещет лучами навстречу.
Скоро солнце взойдёт и начнётся последнее утро.
Скоро солнце взойдёт – проживу этот день мудро.
*** Наташе Тюниной
Наташа, милая Наташа,
Утра осенние сыры.
В руках – ботиночная каша,
А ноги босы и серы.
Отдохновение – дорога.
В деревне этой, как и в той,
Он не согрелся у порога
ВССО. Ушел больной.
С моей судьбой перекрестились
Его прощальные глаза.
И в безнадёжный путь пустились,
Куда я всуе указал.
Заковыляли по колдобьям,
Засеменили по стерне –
И шевельнулось слишком добрым
Вдруг что-то малое во мне.
Наташа, милая Наташа,
Утра осенние серы.
В руках – ботиночная каша,
А ноги босы и стары… как мир…
***
Пред каждой жизнью
Два пути:
Любви или порока.
И третий есть –
Совсем уйти.
Устало. Одиноко.
Так и не став
Ни на одну
Влекущую дорогу.
И я благодарю судьбу
У первой на пороге.
***
Ты – древо жизни. Я – пчела.
Весна. Ты вся в цвету.
Я вылетаю из дупла,
Стрелою на свету
Лечу, жужжа, чтобы впитать
Нектар твоей красы
И, тяжелея, испытать
Блаженные часы.
Тычинка, пестик и пыльца,
Опять тычинка, пестик,
И опрокинутость лица,
И без начала, без конца
Вздымающийся крестик.
***
Мне много ли надо?
Поесть да поспать,
Ручью улыбнуться на зорьке,
Любимую женщину нежно обнять,
Да книгу хорошую взять почитать,
Да слово услышать, да слово сказать -
Поверьте, всего – то и только…
***
Всякий раз, когда письмо тебе
Я в конверт укладываю нежно,
Знаешь, мне слегка не по себе –
Помнишь ли меня? – И я прилежно
На конверте, словно ученик,
Вывожу твой индекс, адрес, имя.
Хоть какую сказку сочини –
Я поверю. Но не лги, не лги мне!
***
Так не бывает – только вижу я,
Что ты навстречу будто бы идёшь
И что-то мне в чертах своих несёшь
Невыразимо милое, родное…
Так не бывает – только слышу я
Твой голос замирающе тревожный –
И сомневаться больше невозможно:
Ты вся моя, ты вся теперь моя!
Так не бывает, только ты – моя:
И глаз твоих счастливая усталость,
И губ твоих доверчивая талость…
Так не бывает – только верю я,
Что я судьба нежданная твоя.
Поверишь ли? Бывает же такое…
Аудиоверсия – здесь.
*** Подражание П.
Любить безумно, безнадежно…
Благословляю свой удел –
Но улыбнись мне, друг мой, нежно!
Ужели счастью неизбежно
Печальный положён предел?
***
Холодно, милая, хочется лечь –
И спать, спать, спать.
В образ горячий тебя облечь –
И никогда не встать.
Каждый достоин своей судьбы.
Нечего мне сказать.
Ты не поверила. Я не забыл.
Спать. Спать.
***
Я и это письмо не пошлю:
Всё равно ведь не будет ответа.
Что тебе до того, что люблю,
Что тебе моя песенка спета.
Я по улицам слепо брожу,
И, наткнувшись на встречных влюблённых,
Прокаженно глаза отвожу,
Чтоб не видели глаз прокажённых.
Не простить тебе, как я люблю,
Не понять тебе сердце это…
На безумной надежде ловлю
Я себя… но – не надо ответа.
***
Как бедно чувствуя, как скудно понимая,
Смотрю на вечность – вижу маету.
Волна нахлынет жаркая, глухая –
Но не перехлестнуть ей ту черту,
Которая начертана не мною.
И я стою. Глотаю слёзы моря.
Как бедно чувствуя, как скудно понимая,
Смотрю на вечность – вижу маету.
Волна прихлынет тёплая, немая –
Но не переступить мне ту черту,
Которая начертана не мною.
И я стою. И полный штиль на море.
И я стою, бесчувственный гранит.
У ног моих трепещущее море.
Давно я камень, но душа хранит
Глухое – жаркое и тёплое – немое.
***
Пёс бродячий, шарик неприкаянный,
Не укусит он и не украдет –
И бежит, презреньем пригибаемый,
И глазами молит христаради,
По проулкам с лапою протянутой,
По чужбине с тощим животом,
По души по ране не затянутой –
Ищет правду, ищет тёплый дом.
Никогда, я знаю, не поверит он,
Что такого не было, не будет –
И замёрзнет где-нибудь под деревом,
И ему приснится дом – и люди.
***
Люблю щенят и не хочу,
Чтоб этот тёплый и весёлый
Комочек жизни, обопсёлый,
Вдруг зарычал, как я рычу,
Вдруг замолчал, как я молчу.
И потому я не собачник,
Что знаю – лучше бы не знать –
Как будет верный пёс молчать,
Когда хозяин – неудачник
Решать засядет свой задачник.
*** Н.Т.
Ты мне не снилась никогда
И вдруг приснилась – надо же! –
И всё звала: «Иди сюда» –
Вся в ореоле радужном.
А перед тем, я знаю, был
Твой дом как баня чистая,
И пёс твой лаял или выл –
Не помню, только истово.
И, замерев, я подошёл.
Какой ты стала маленькой…
Тебе бы мальчик подошёл
Под цвет помады аленькой.
А мы присели, и сидим
На корточках – комедия,
И друг на друга всё глядим
И радостно, но… медленно…
***
Наяву, в моём воображеньи ли –
Всё гадаю, не остановлюсь -
Ты свои замедлила движения
И мою испытываешь грусть.
Но любовь!? – Поверю ей уже не я…
Но очарования!? – Не мне…
Наяву, в моём воображеньи ли -
Ты иди, как прежде, не ко мне.
***
Люблю стоянье дизель-поездов,
Когда они, готовые к отбытию,
Дрожат нетерпеливо. – Я таков.
Вот только отправленью - быть ли?
***
Молчим, на пол глядим,
На стенках что-то ищем –
Мы в тамбуре стоим:
В салоне духотища.
Лишь изредка иной
Закурит сигарету,
И пустит дым стеной,
И сплюнет: «Жизни нету».
У каждого своё…
Стоим, молчим и едем…
Молчание моё
Не тягостно соседям.
***
Читатель мой, судьбы не миновать.
У Чёрной речки об одном жалею:
Наташа будет плакать, горевать
И увядать по прихоти злодеев.
Что я у Чёрной речки упаду,
Наследник мой, не стоит сожалений.
И я, и ты – мы все живём в аду
И гибнем, если б только на дуэлях.
Потомок мой, от рока не уйти.
У Чёрной речки об одном жалею:
Наташа будет плакать… Отомсти
Её злодеям.
***
Когда его оклеветали,
Друзья, как подлые, рабы.
Молве поверили едва ли,
Но общей отреклись судьбы.
Один… Чего ты стоишь, дружба?
Где ты доскажешься, любовь?
И он ушёл. Так стало нужно.
Стихи и кровь. Любовь и кровь.
***
Когда б я был, как он, поэт,
И я бы ездил в Полотняный –
Увы, замены счастью нет.
Когда б я был, как он, поэт…
Но езжу я, непокаянный,
Несогрешивший и непьяный –
Зачем я езжу в Полотняный?
Увы, судьбе замены нет.
***
Как хорошо нам жить на свете этом
В стране идей высоких и небес,
Но нас гнетёт, что нет свободы где-то,
Где правит чистоган и мракобес.
Моя земля богата пестицидом,
Его на хлеб мы мажем – и едим,
А где-то там болеют люди СПИДом,
И где-то там работы нету им.
В моей стране не люди – великаны,
Под стать своим железным жеребцам.
А где-то там злорадно интриганы
Указывают пальцами на БАМ.
Да, мы пока работаем вполсилы,
Да, мы отстали лет на… 36,
Да, мы на первом месте по дебилам,
Но мы имеем принципы и честь.
И если где-то там ещё иные
Нас недопонимают иногда,
Мы скажем им решительно: «Отныне
Читайте Горбачёва, господа!»
***
Вдали хрипят утробно волкодавы,
Легавые наводятся на след:
На беспородных псов идёт облава – лавой
На благородных сук закона нет.
Есть ещё время шавкою протявкать,
Стянув сухое горло поводком,
Но ты, дворняга, сроду не был шавкой – сявкой,
Ты сроду ненавидел облавком.
Прикидываться дохлым нет причины:
И мысли и движения быстры,
И хвост твой не оброс ещё овчиной – чинной,
А зубы жёлты, но ещё остры.
Ты слышишь клич? Вожак выводит стаю
Для нас, быть может, на последний бой,
И я, быть может, раз последний лаю:
Держись, дворняга, я всегда с тобой.
Аудиоверсия – здесь.
***
Что?
Социализм проигрывает битву капитализму?
Какое нам с тобой до этого дело,
Если мы живём даже не в третьем,
А в четвёртом мире,
В котором смердят все три предыдущие?
Ты не согласен со мной?
Увы, это не меняет существа дела,
А я давно уже не участвую
В этой бессмысленной гонке
На приз мещанских симпатий,
Учреждённый и новой волной.
Что заставляет тебя
Быть несогласным со мной?
Что побуждает меня
Дом опустевший блюсти?
***
Когда бы мне мои учителя,
Моим страданьям детским поклонились,
Какой Буй-тур бы вырос из теля,
Какие б дали перед ним открылись!
К кормушке, полной корма, не скачу.
На тёлок не запрыгиваю сзаду.
Не буй, но тур, я вольности хочу,
Не скот, но плоть и кровь, любови жажду.
Нет прошлого: я вырос в балагане.
Нет будущего: род со мной уйдёт.
А в настоящем как о хулигане
Молва по стаду обо мне идёт.
Когда бы наши нам поводыри,
Страданьям нашим низко поклонились,
Чем были бы мы не богатыри,
Что на Руси за жизнь, за правду бились?..
***
А лики не были б темны,
А судьбы не были б острожны,
Когда б владетели казны
Нас не казнили бы безбожно.
*** Подражание Хайяму
В этом мире кто жилец, скажи?
На заре забрезжат миражи,
Солнце встанет – миражам конец.
В этом мире кто, скажи, жилец?
***
И ненавидя, и любя,
Живу, ответствую судьбе.
Не верю в самого себя,
Но верен самому себе.
***
Что день грядущий мне готовит?
Конспектов длинные ряды,
Тетрадей толстые груды,
Среди которых разум тонет,
Как вольный зверь среди воды,
Когда он тщетно берег ловит
Глазами, полными беды –
И ни туды, и ни сюды.
Звезда КЭЦ
Звезда пятиконечная –
Прекрасный человечек.
Обнять ему бы вечное,
Да платье жмёт у плечек.
И ручки опускаются,
Головушка клонится,
И не летит он – мается,
Диковинная птица.
*** Инне П.
И встретились добро и зло
С иным добром и злом иным,
И им, наверное, повезло
Не разлететься в прах и дым
И сохранить своё тепло,
И холод тайный свой сберечь.
Но скорбно время потекло
Опречь.
***
Кто нам сказал, мы чьим словам поверили,
Что вечно будем жить и не стареть,
Что вечно будем вечными апрелями
Сгорать – и никогда нам не сгореть?
Что вечно будут молодо и голодно
Сверкать во тьме прекрасные глаза,
И вечно будет горестно и холодно
Мерцать звездою тусклою слеза?
Кто нам сказал, мы чьим словам поверили,
Что вечно будем жить и не стареть?
Кто искусил нас вечными апрелями
И сил не дал ни жить, ни умереть?
Аудиоверсия – здесь.
*** Памяти отца
Навек запечатлел я лик отцов,
Когда под кожей, сморщенной старением,
Увидел вдруг изрубленное временем
Не гения, но воина лицо.
***
Закон всегда закон. Дурак – а кто безгрешен –
Творит свою судьбу, не зная, что творит.
Но горе от ума и счастье – неизбежны.
Благословенна ночь, когда душа горит.
Чем долее живу, тем доля тяжелее,
И думать не боюсь, так будет до креста.
Не плачу, не зову и не себя жалею.
Закон всегда закон. Душа моя чиста.
И пусть порою нет ни веры, ни надежды,
И призрачен рассвет, и сумрачен закат.
Закон всегда закон. И сердцем все, невежды,
Творят свою судьбу и любят, что творят.
Аудиоверсия – здесь.
***
Достиг я возраста христова
И возлюбил его –
И вытер смертную истому
Он с тела моего.
Теперь молю его: о, боже!
Возлюбленным моим
Даруй, что мне всего дороже:
Яви себя и им!
***
В Марокко выпал снег – а мы не знали.
В Марокко холода – а мы причём?
Мы ехали на разных трали-вали
И жались всё тесней к плечу плечом.
Я не спешил из своего салона
От твоего горячего лица,
И ты в своём расположилась, словно
Со мною можно ехать без конца.
В Марокко снег растаял – мы не знали.
В Марокко наводнение… А мы?
Припарковались наши трали-вали,
Где попадя до будущей зимы.
*** На 33 день рождения
Встречаю я друзей моих,
Грустя надеждою и верой.
Ещё в нас гений не утих,
Ещё мы не познали меры,
Ещё пресветлая печаль
Наш день не одухотворила,
И несказанного – не жаль –
Душа ещё не сотворила. –
Я рад, что, снова вместе, мы,
Смеясь надеждою и верой,
Сидим в тепле среди зимы,
Молясь любови за «Мадерой».
***
Неумеха ласкала меня, разведенка ласкала –
Молоко угорелою кошкою с блюдца лакала,
Предлагала бездомному угол в своей комнатёнке
И мечтала, что станем мы жить как братишка с сестрёнкой.
Я нетвёрдо молчал, обоняя подмышки и груди,
И, желая такого исхода, жалел, что не будет
У меня ни сестры, у неё ни названного братца;
Только как без обид-то до сути обидной добраться.
И предчувствуя, что спозаранку обрушится небо,
И уже никогда не делить нам ни ложа, ни хлеба,
Она руки закинула – и замерла, как уснула,
А от форточки мразью зловеще на вещи дохнуло.
***
Однажды дух меня корил:
"Ты обо мне совсем забыл,
Отдавшись низменным желаньям..."
Что мне ответить? Помню я
Закон святого жития:
В великой вере несть страданья –
Но камень бросит кто в меня?
***
Вот опять… Откуда этот
Тон? Да Вы ли говорите?
Был готов обнять полсвета –
Руки уберите.
Сочиняю в утешенье
О любви и дружбе сказки.
Сцены требуют движенья
А герои – ласки.
***
В душе напластано всего:
От вселюбви до всепрезренья,
Но есть в ней нечто сверх того –
В ней вера есть, в ней есть прозренье.
Я виноват – и вот, молчу,
Конца молчанию не видно.
Но знали б Вы, как я хочу,
Чтоб Вы узнали, как мне стыдно!
***
Всё больше становлюсь простым,
Всё легче кажется простить,
И плащаница – просто
Застиранная простынь.
Я долгих не пишу стихов :
Я Вас любил – и был таков.
Не Вы ль вчера христоса
Распяли?..
***
Шепни мне, тихий омут,
Ракитами объятый,
В котором души тонут,
Не разомкнув объятий
Твоих чертей – страстей,
Шепни ты мне погромче,
Что ждёшь давно и очень
Как гостя из гостей
Меня на ложе этом,
Поэтом невоспетым –
И весь я твой, ей-ей,
От кожи до костей.
***
Тихо исповедально…
Совесть моя чиста:
Приоткрываю тайную
Дверцу
И на тебя любуюсь.
У алтаря любви
Ты не опустишь очи
Долу.
***
Слушай, Инка, не нервничай,
Просто я улетел, бывает,
С каждым бывает.
Просто пришла музыкальная фраза.
От этого скроешься разве.
Пойми и прости мужика.
Инка, с тобою и просто, и сложно,
А без тебя невозможно.
С каждым бывает.
Слушай, Инка, не нервничай,
Просто я улетел, бывает,
Пойми и прости мужика.
Аудиоверсия – здесь.
***
Припев: Не хотел бы я видеть тебя,
Видеть тебя.
По казённому долгу пажа при дворе
Не хотел бы я видеть тебя.
Но я вижу картины небесных дворцов:
Королева, Вы опустили лицо,
Но я уверен, Вы смотрите на короля –
И не хотел бы я видеть тебя.
Припев
Я тогда предложил тебе больше, чем роль,
Но тебе был милее твой голый король.
А потом я устал быть вальтом –
И не хотел больше видеть тебя.
Припев
Аудиоверсия – здесь.
***
Объедалась беленой –
И летала на метле ты,
Пела хищные куплеты
И смеялась надо мной.
Ты смеялась надо мной,
Молчаливым пред тобою…
Было вас с Серёжей двое,
Вы летали под луною
И смеялись над землёй.
Я любил твою метлу,
Как Паскаль любил ошейник.
Я держал её за веник,
Ты – за мёртвую петлю.
Я верёвку оборвал –
И рассыпалась метёлка.
На луну я вою волком
И устраиваю ёлкам
Новогодний карнавал.
Я объемся белены,
Сяду на свою метёлку.
Мы же люди, а не волки:
Лишь бы не было войны.
Мы на шабаш полетим
Под луною над землёю.
Будет вас с Серёжей двое.
Мы бутылочку откроем,
На троих сообразим.
Аудиоверсия – здесь.
***
Знаю, есть женщина одна.
В домике у парка всегда живёт она.
В доме живёт ушастый пёс.
Когда он не играет, в духовке свой длинный греет нос.
Мама даст косточку ему,
Помолится на дочку как солнцу своему.
Помню, есть женщина. Она
В домике у парка всегда живёт одна.
Аудиоверсия – здесь.
***
Сдам в утильсырьё своё стило,
Сдам свои стихи в макулатуру,
Да пойду, пока не разнесло,
На завод качать мускулатуру.
Там шумит любезный мой народ,
Тот, о чьей свободе я годами
Грезил, как когда-то в недород
Грезил нищий райскими садами.
Но всему на свете есть предел,
Есть предел и юношеской вере.
Нет, не жаль, что волос поседел,
Да и поредел, в какой-то мере.
Ничего, что молодость прошла,
Только жаль, что мужество - убого.
Я сдаю, такие, брат, дела.
Я сдаю в макулатуру бога.
***
На могилу мне поставьте
Крест с распятием христа,
Да молитву прочитайте
У тернового куста.
И живите долго-долго,
Грейте руки у огня
И, во исполненье долга,
Помните меня.
Об авторе
Песня о друге, или куплеты о парне, уходящем в ночь
Он не спустился к нам из облаков,
Не появился из морской пучины,
Но песню написать и спеть о нём –
Я имею веские причины.
Припев: Серёга Соничев по прозвищу Дон Педро
Иль просто парень, уходящий в ночь.
Он прошагал, наверное, полстраны,
И истаскал он не одни кроссовки:
Поэту впечатления нужны,
Как нужны патроны для винтовки.
Припев
Но, истаскав, как сказочный Иван,
Полдюжины кроссовок и сапог,
Свою принцессу он пока не отыскал,
Ну, не сумел, а может быть, не смог.
Припев
Он на Байкале тоже побывал,
На Енисее и на Волге даже.
И если попросить, быть может, вам
Хоть скупо он, но всё-таки расскажет.
Припев
Не унывающий и лёгкий на подъём
Серёга был и есть для нас пример.
В походах дальних даже приобрёл
Он прозвище на импортный манер.
Припев
Но если что-то вдруг не так пойдёт:
Пейзаж с изъяном, то бишь, недостатком,
Серёга соберётся и уйдёт,
Хоть хором ты проси его остаться.
Припев
Вот мы стоим на крымском берегу,
И море Чёрное как ласковый зверёк,
Вдруг Серый достаёт свою суму
И очень вежливо берёт под козырёк.
Припев
«Куда ты в ночь, Серега, погоди!
Останься с нами, друг, не уходи».
«В пейзаже этом красоты не нахожу.
Я снова в ночь, ребята, ухожу».
Николай Мельников