Статья содержит исторический обзор германской подводной кампании против британского торгового судоходства в начальный период Первой мировой войны (август 1914–май 1915 гг.). Рассмотрены причины перехода Германии к войне против торговли (ответ на британскую блокаду германских берегов) в конце 1914 года, а также начало «ограниченной» подводной войны (введение «военной зоны» вокруг британских островов) в феврале 1915 года.
Освещена эволюция методов и характера морской войны на примере атак торговых судов («Glitra», «Admiral Ganteaume», «Falaba» и др.)
в контексте международной политики. Особое внимание уделяется обстоятельствам потопления английского пассажирского лайнера «Lusitania» и его значению для хода мировой войны. В работе использованы как новейшие, так и ставшие классическими исследования по истории судостроения и Первой мировой войны.
В военно-морском планировании накануне Первой мировой войны как британскими, так и германскими стратегами главная роль отводилась крупным надводным кораблям — считалось бесспорным, что война на море будет состоять из серии сражений между линейными соединениями противоборствующих сторон. Решающую победу должно было принести генеральное сражение английского и германского флотов.
С началом войны, в августе 1914 года, военно-морское доминирование Британии в Северном море получило наглядное подтверждение. В первом же надводном сражении в Гельголандской бухте 28 августа три немецких легких крейсера и один эсминец были потоплены, еще три легких крейсера повреждены. При этом англичане не потеряли ни одного корабля, хотя один их легкий крейсер и три эсминца получили повреждения.
Исход этой битвы вынудил кайзера Вильгельма II и его военно-морское руководство значительно ограничить активность своего надводного флота, разрешив ему покидать порты только в случае отсутствия явного риска.
О возможности активного использования подводных лодок в тот момент еще мало кто задумывался. Первая экспериментальная подводная лодка частной фирмы появилась в Германии в 1903 году, первая вошедшая в строй германского флота — в 1908 году.
В начале войны подлодки были, с точки зрения практического военного применения, неиспытанным средством — они «считались интересными механическими штуковинами, к которым адмиралы большинства флотов мира относились лишь насмешливо-терпимо. Лодки рассматривались ими как оборонительное оружие прибрежного действия с весьма ограниченными возможностями в отличие от наступательного оружия флотов сильных — линейных кораблей».
Тем не менее, уже первые месяцы войны заставили германских военно-морских стратегов резко изменить свое мнение об эффективности этого нового оружия, а английских — пожалеть о его недооценке.
5 сентября у берегов Шотландии U-21 под командованием капитан-лейтенанта О. Херзинга потопила одной торпедой британский легкий крейсер «Pathfinder», который затонул за пять минут, унеся жизни 259 моряков. «Выстрел Херзинга был первым в цепи событий, происшедших осенью 1914 года и естественно увеличивших популярность германского подводного плавания».
22 сентября в Северном море U-9 под командованием капитан-лейтенанта О. Веддигена менее чем за два часа потопила подряд три английских крейсера: «Aboukir», «Hogue» и «Cressy». При этом погибли 1459 моряков. Эта катастрофа окончательно сняла все сомнения относительно угрозы, представляемой подводными лодками. Германское военное руководство начало разрабатывать планы более активного их использования в морской войне.
20 октября начался новый этап в ходе подводной войны — в этот день U-17 у берегов Норвегии остановила и обыскала английский пароход «Glitra», после чего команде парохода приказали покинуть судно, которое немцы затопили, открыв кингстоны.
Жертв удалось избежать, а шлюпки с английскими моряками вскоре отбуксировало к берегу норвежское судно, которое наблюдало инцидент, но не вмешалось, поскольку Норвегия оставалась нейтральной страной. Таким образом, нормы международного права, в соответствии с которыми перед атакой следовало предупреждение, а команде и пассажирам давалось достаточное время, чтобы покинуть судно перед потоплением, были соблюдены.
В первые месяцы войны командиры немецких субмарин соблюдали эти нормы почти неукоснительно: исключения делались только для военных кораблей и торговых судов, представлявших явную угрозу для подводной лодки.
В большинстве случаев принимались меры по обеспечению безопасности экипажа и пассажиров остановленных судов: иногда они принимались на борт субмарины и высаживались в нейтральных портах, в других случаях подводники оставляли их в шлюпках, предварительно снабдив провизией. Потопление «Glitra» стало предвестником поворота в ходе войны на море. Спустя всего шесть дней, 26 октября, та же U-17 торпедировала в Английском канале французский паром «Admiral Ganteaume», который остался на плаву, но 40 человек погибли. В нарушение правовых норм,
это судно было атаковано без предупреждения, что спровоцировало международный скандал.
На «Admiral Ganteaume» находились 2000 бельгийских беженцев, что еще более усугубило ситуацию для немецкой стороны. Германия пыталась оправдаться, заявив, что паром наскочил на мину, но вскоре фрагмент германской торпеды был найден в одной из шлюпок. Газеты назвали эту атаку «убийством», «предательским торпедированием», которое «не может быть оправдано никакими военными или стратегическими соображениями».
Вскоре Германия, поняв всю ценность нового оружия, сделала торговое судоходство главным объектом подводной войны. Целью было задушить неприятельскую торговлю — то есть блокировать водные артерии, по которым Британия получала снабжение от союзников. Это должно было стать ответом на дальнюю блокаду Германии силами Королевского флота.
В ноябре 1914 года, спустя три месяца после начала войны, Великобритания объявила Северное море зоной военных действий, что фактически означало блокаду всех его берегов. Несмотря на протесты нейтральных государств, Британия настаивала на ее необходимости. Принимались все меры против проникновения в Германию контрабанды, на каких бы судах она ни провозилась — неприятельских или нейтральных. Имелись сведения, что германское правительство взяло в свои руки контроль над снабжением продовольствием; поэтому и его объявили контрабандой и не допускали к ввозу в чрезмерном количестве через голландские и датские порты. Германия также обвиняла Британию
в том, что та прибавила к списку контрабандных товаров предметы, не идущие на удовлетворение военных надобностей.
У германского военного руководства зрела мысль, что единственный способ возмездия — использовать подводные лодки как оружие контрблокады в надежде, что она рано или поздно принудит Британию
к капитуляции:
«Поскольку Англия совершенно пренебрегает международным правом, нет ни малейшего основания для нас ограничивать себя в наших приемах ведения войны. Мы должны использовать это оружие и сделать это путем, наиболее соответствующим его особенностям. Следовательно, подводные лодки не могут щадить команды пароходов, но должны отправлять их на дно вместе с их судами. Торговое мореплавание может быть предупреждено, и вся морская торговля с Англией прекратится в течение короткого времени».
Германская общественность, уже испытавшая на себе последствия блокады английского флота, поддерживала такой курс. Хотя у Германии на тот момент отсутствовало достаточное количество субмарин для начала эффективной и полномасштабной подводной войны, выбора у нее не оставалось, так как превосходящие силы английского флота фактически блокировали Флот Открытого моря в портах Северного моря. Последней каплей, окончательно подтолкнувшей Германию к проведению более решительной военно-морской политики, стали секретные приказы Британского Адмиралтейства, выпущенные 31 января и 10 февраля 1915 года, инструктировавшие капитанов торговых судов о мерах защиты против субмарин, которые включали: закраску имен судов и портов приписки; несение флагов нейтральных стран и изменение внешнего облика, делавшего их похожими на корабли нейтралов; вместо остановки по требованию субмарины — немедленное открытие огня, в случае отсутствия вооружения — поворот и таран подводной лодки после ее обнаружения.
На палубах некоторых торговых судов также установили скрытые орудия, предназначенные для обстрела подлодки после ее всплытия для соблюдения призовых правил.
4 февраля 1915 года Германия выпустила декларацию об объявлении вод, окружающих британские острова, зоной военных действий с 18 февраля 1915 года:
Германская декларация от 4 февраля 1915 года об объявлении вод, окружающих британские острова, зоной военных действий с 18 февраля 1915 года
1. Воды, окружающие Великобританию и Ирландию, включая весь Английский канал, объявляются зоной военных действий. Начиная с 18 февраля 1915 г. каждое вражеское торговое судно, обнаруженное в указанной военной зоне, будет уничтожаться, при этом не всегда можно будет устранить опасность, которой подвергаются команда и пассажиры.
2. Суда нейтральных стран в зоне военных действий будут также подвергаться опасности, так как в связи с злоупотреблениями нейтральным флагом, имеющими место в результате директивы британского правительства от 31 января, а также из-за рисков морской войны, не будет возможно избежать уничтожения даже нейтральных судов при атаках, направленных против вражеских судов.
3. Северный путь вокруг Шетландских островов, восточная часть Северного моря и полоса шириной 30 миль вдоль побережья Голландии не представляют опасности.
К этой декларации прилагался специальный меморандум с разъяснениями:
«Поскольку Англия объявила все Северное море между Шотландией и Норвегией местом военных действий, Германия объявляет воды, окружающие Великобританию и Ирландию, включая весь Английский канал, включенными в театр военных действий и будет пресекать всеми военными средствами плавание вражеских судов в этих водах. Для этого она будет принимать меры к уничтожению после 18 февраля любых торговых судов противника, обнаруженных в вышеуказанной зоне военных действий, хотя при этом не всегда будет возможным избежать опасности, которая будет угрожать людям и грузам. Власти нейтральных стран соответственно предостерегаются от дальнейшего направления своих экипажей, пассажиров или грузов на таких судах».
В начале 1915 года германский флот насчитывал всего 27 боевых подводных лодок. Тем не менее, успехи не заставили долго ждать:
если с начала войны до объявления «военной зоны» они потопили всего 11 британских пароходов и 1 союзный, то в феврале того же года подводные лодки отправили на дно 14 торговых судов общим тоннажем в 36 372 т (при этом погибло 30 человек), в марте — 23 судна, 71 479 т
(161 жертва), в апреле — 11 судов, 22 453 т (38 жертв).
Возможно, при принятии решения о введении «военной зоны» Германия не приняла во внимание позицию США и других нейтральных государств. 10 февраля президент В. Вильсон в своей ноте германскому правительству резко осудил германскую декларацию, заявив, что если американские суда или граждане его страны пострадают в результате подобных актов, то «правительство Соединенных Штатов будет вынуждено призвать имперское германское правительство к строгой ответственности».
Такая реакция оказалась неожиданностью для Берлина, где вдруг осознали, что его военная политика грозит вступлением США в войну. Причем правительство Соединенных Штатов реагировало на германские меры по блокаде Великобритании более жестко, чем на английскую блокаду немецких берегов, — последняя, хоть и считалась нелегальной,
не создавала угрозы жизни американским гражданам, принося лишь экономические убытки.
Новая германская политика, напротив, потенциально несла такую угрозу. В то же время США протестовали против использования британскими судами американского флага в качестве «щита», так как эта уловка, о которой упоминалось в германской декларации от 4 февраля, могла привести к атакам на американские суда.
По всей видимости, Германия была готова в какой-то степени гарантировать безопасность американских судов в «военной зоне»,
если Британия прекратит практику «прятать» свои суда под флагом США. Возможно, именно вследствие всех этих обстоятельств американский флаг на «Lusitania» после известного инцидента в начале февраля более не поднимался до самой ее гибели.
28 марта 1915 года произошел инцидент, который подверг германо-американские отношения первому с начала войны серьезному испытанию. В этот день германская подводная лодка U-28 под командованием капитан-лейтенанта фон Форстнера потопила у берегов Уэльса английский пароход «Falaba», имевший 147 пассажиров и 97 членов команды на борту (а также военный груз), следовавший в Западную Африку. Настигнув его в полдень, с U-28 приказали всем покинуть судно, предупредив, что лодка намерена его потопить.
Из-за сильного волнения на море эвакуация проходила медленно. Вскоре Форстнер, опасавшийся за свою лодку, выпустил торпеду, не дождавшись окончания посадки людей в шлюпки. Взрыв привел к детонации военного груза, «Falaba» накренилась на правый борт и спустя пять минут затонула. Некоторое время U-28 оставалась на поверхности, затем погрузилась и более уже не всплывала. В результате катастрофы погибло 104 человека...
© Д. С. Брыков
Фрагмент статьи из сборника "Гангут" №99/2017
Ещё больше интересной информации и сами книги у нас в группе https://vk.com/ipkgangut