- Сынок... а ты ничего не заметил?
Мальчик не любит, когда говорят – сынок, какой он им сынок, вообще нашли, чем гордиться, что они раньше родились, он вот не виноват, что раньше не родился, он же их старыми не называет... вот попробовал бы кого старым назвать, вот бы шум тут поднялся, а сынком, значит, можно...
Вот мальчик и сердится, вот и говорит:
- А ничего.
- А вот... смотри...
Старик (потому что он старик, вот почему!) показывает на лампу у окна, лампа как лампа, понавороченная какая-то, подставка в виде скрипичного ключа или чего там...
- Вот это... откуда?
- Ну... э... не знаю.
- Нет, правда... парень, откуда лампа?
- Да не я её покупал!
- Ах, еще и покупал... и где у нас тут лампу купить можно?
- А... да... слушайте, не знаю я...
- Ничего, что весь остров – пустыня одна, что-то я тут магазинов хозяйственных не видел!
- Ну... сделал кто...
- Из чего сделал? У нас тут чего, кузница?
- Ну... обломки какие от самолета...
- И где это в самолете детали такие, хотел бы я знать?
- А чего у меня спрашиваете, я не авиатор...
- Не авиаконструктор, ты хотел сказать.
- Ну да... это самое... не знаю я...
- А это? А витражи? А каменный дом?
- Ну а что?
- А то... откуда в пустыне камень?
- Да до фига его под ногами!
- До фига... а дробить его как?
- Ну... это... как-нибудь...
- То-то и оно, как-нибудь... Не может здесь всего этого быть, не может!
- Ну как не может, если есть оно все?
- Вот то-то и оно... вот как?
- ...ты посмотри, чего!
Парень сует что-то под нос девушке в шортах, понять бы еще, что это такое, явно не обручальное кольцо, и не колье с бриллиантом...
- А как бы... а это как бы чего?
- Да радиограмма, которую Вадим отсылал!
- А как бы... и чего?
- И того, как бы... как бы смотри как бы...
- Да ну тебя!
- Да ты смотри, он пишет, прошу выслать одноместный флаер... одноместный... понимаешь ты?
- Это он такой чего... сам смотаться хочет? Один?
- Похоже на то...
- Вот гад, а...
- Так гад-то гад... а зачем ему нас бросать, а?
- А так...
- Ну как так, так просто так ничего не делается! Мог бы нормальный самолет заказать, на нас на всех...
- А правда, мог бы...
- Так почему он так? Почему?
- ...уважаемый... Вадим...
Вадим смотрит на человека в очках, уже понимает, что он скажет.
- Мы все знаем.
- Прямо-таки... все?
- Ну, не все, но... догадываемся.
- Так вы вообще молодцы, не ожидал...
- ...Вадим, я так понимаю, вы собираетесь лететь без нас?
Человек в очках снова и снова задает вопросы. Он уже задавал их вчера, а сегодня проснулся, и все было по-прежнему как всегда, как будто и не было этого разговора. И снова и снова надо начинать –
- ...уважаемый... Вадим...
И дальше:
- Вы собираетесь лететь без нас?
- Ну, нет, что вы, все вместе полетим...
- Как – все вместе? Как – все вместе? Как мы в одноместном флаере...
- Ну, как и здесь, - Вадим постукивает по плохонькому домику, наскоро сколоченному из обломков разбитого флаера и машет в сторону комнат несуществующего особняка рядом – флаер настоящий, а за ним здоровенный самолет потянется, которого на самом деле нет...
- А дальше что?
- Ну что дальше, домой вернемся...
- Вы нас забудете, - парирует полная женщина.
- Да с чего я вас забуду-то...
- Да с того, там у вас своя жизнь, там вы и не вспомните ничего...
- Книгу напишу...
- ...и много вы на своей жизни писали? Два слова-то хоть связать можете?
- Я вам обещаю...
...человек в очках сжимает зубы, потому что нечем парировать вот это – я обещаю, ну можно, конечно, повторять раз за разом, я вам не верю, только это не то...
Или вот...
Вот оно, что делать-то надо...
- ...а что вы напишете?
- Ну... про вас... про всех...
- Нет, ну а что – про нас про всех? Вот я вот кто?
- Человек... в очках...
- Ну а зовут меня как?
- Э-э-э... Андрей...
- Это вы сейчас придумали.
- А то когда же.
- Да нет, банально как-то.
- Ну а вам что небанально, Вольдемар Сигизмундович?
- Ну... хотя бы. А где я работаю?
- А вот не все равно? Это же история, как мы на острове выживали, а не как вы там на работе пасьянсы раскладывали...
- Да что вы все про пасьян... а-а-а, а правда, может, я карточные игры на компе делаю? Вот так вот я на работе сижу, пасьянс раскладываю, сзади начальник подходит, смотрит на меня, долго смотрит, читатели ждут, вот счас он мне пинка под зад, а директор наклоняется, чего-нибудь мне там выговаривает, чего у тебя уже третий пасьянс не сходится, ты их как делаешь, как делаешь...
- Ага... можно так...
- Чего можно, ты подумай как следует, а то наобещал с три короба!
- С три короба только наврать можно...
- Вот-вот, и я про то же... Так что давай всем нам историю какую, тайны какие-нибудь, которые нужно будет другим раскрыть, рассказать про себя всю подноготную, иначе мы здесь не выживем...
- Какие еще тайны?
- Ну, там... кто-нибудь вор-взломщик, и что-нибудь взломать надо, а он боится признаться, что он взломщик, ну а как честно скажешь, что тебя полиция ищет... Еще двое, например, враги какие-нибудь непримиримые, и вот они друг друга не то узнали, не то нет...
- Ой, ну вы замутили, - Вадим хватается за голову.
- А чего я, это вы все замутить должны, думайте, думайте...
- Чего думайте, чего думайте, вам легко говорить, вы в теплом доме сидите, у камина греетесь, я тут задубеваю вообще! И жрачки осталось полторы консервы... Ладно, ладно, сочиню что-нибудь...
- А-а-а-а-а-ай-й-й-й-й!
Все подскакивают, все бегут, смотрят на девушку в шортиках (её вроде Ланой назвали, она дизайнер), вот на стоит на краю обрыва, визжит, показывает на что-то в низинке...
Все бегут.
Смотрят на тело полной женщины там, на дне обрыва.
- У неё внучка была... внучка... – шепчет кто-то.
- Да какая внучка, какая внучка, вы хоть понимамете, что у нас тут человека убили? – вскидывается человек в очках, так и не прижилось к нему имя.
- А может... может, она случайно? – спрашивает подросток, его зовут как-то на А, только еще непонятно как, Артур, Артем, Азамат, Аваз, Антон, Алан, Акур...
- Да как случайно, понимаешь ты, что не можем мы умереть?
Человек в очках орет, подростку не нравится, когда на него орут, но хоть сынком не называют, и то хорошо...
- ...вы... вы что делаете-то, а?
Вадим сжимает зубы, ну вот, началось...
- Что я делаю, флаера жду, последнюю консерву на два дня размазываю...
- Да нет... сначала женщина эта с внучкой, которая без внучки, потом человечек такой ничем не примечательный... вы что... от героев от лишних избавиться решили?
- Да как вы не понимаете, что я тут вообще не при чем?
- Ну как не при чем... значит, придумали, что кто-то всех одного за другим убивает...
- Да нет же, черт вас дери... ничего такого... Между прочим, я этого человечишку неприметного хотел рассказчиком сделать, вот кто его грохнул, тот мне вообще все карты перепутал к чертям!
- Хорошо же вы о людях скорбите...
- Еще я по своим фантазиям слезы не лил... В конце концов, вы все время сами тут что хотели, то и вытворяли, а теперь с меня спрашиваете! Вот и разбирайтесь между собой, черт бы вас побрал, кто тут кого убивает!
- ...я его первый раз такого злющего вижу...
- Еще бы ему не быть злющим, изоврался весь...
- Изоврался?
- Ну да... ясно же, что черта с два он что-то писать будет... и черта с два он вообще про нас вспомнит...
- Думаете?
- Это слишком очевидно...
- То есть, мы обречены на...
- Ну, я бы так не сказал... есть один способ... Но вы мне должны помочь...
- ...здесь я! Не видите, что ли?
- Да что не видим, островочек-то крохотный совсем!
- Ничего себе крохотный, ходить – не исходить...
- Ну, это у вас там, а сверху-то вообще островок ваш не видать... счас, будет, будет вам флаер, не беспокойтесь... Ага, видим островок... обломки... ничего вы себе домик соорудили...
- Да уж, старался...
- А это еще что за хрень?
- Это вы про что?
- Да вон... трупы...
- К-какие трупы?
- Вон... женщина на дне ущелья... вон еще два, и кровищи море... друг друга зарезали, что ли?
- Да кто зарезал, ничего, что тут нет никого кроме меня?
- Ага, врите больше... Да, да, иду на снижение... да, приземлился... Лечь, руки за спину!
- Ну и где вы тут трупы видите?
- Так вот же... чер-р-р-рт...
- Нету здесь никого, не знаю, что вам там померещилось...
- Нет, ну как же, камера в кабине показывала, что... черт, и сейчас показывает... вы сами посмотрите...
- Ну, глюк какой-то...
- Да уж такой глюк, что всем глюкам глюк... Ладно, вы-то как ничего, живой, руки-ноги целы?
- Ага, целы...
- Ну и славненько, полетели давайте домой...
- Спасибо вам огромное, жизнь спасаете...
- Да не за что, работу свою работаю, мне не впервой... вас как звать-то?
- Акур, - говорит Вадим, - Акур...
Смотрит на свое отражение в стекле, прикидывает, лет сорок, не меньше, вот теперь-то никто не посмеет сказать – сынок...