—«Я не фокусник, я — иллюзионист!»— крикнул он и выстрелил себе в висок.— сам того не замечая, Филин с широкой улыбкой сделал вид, что застрелился.— Кровь осталась на половине зрителей, а Грэг стоял с дырой в голове как ни в чём не бывало.— Элиза, было, хотела открыть рот, но Филин резко остановился.— Пришли.
Пустая улица. На полотне ночной мглы пятна тусклого света фонарей у дороги, по обе стороны которой расположились два ряда домов. Напротив самого обветшалого и, казалось, заброшенного стояли эти двое. Филин постучал медным дверным молоточком, и ему тут же открыли. Из щёлочки выглянул сутулый молодой человек 20-23 лет в мятой рубашке со свисающими рукавами и коричневых брюках.
—Кто это?— вяло спросил он.
—Преемница.— Филин положил руку Элизе на плечо.
—Врёшь.
—Верно.
Элиза странно посмотрела сначала на Филина, а затем на хозяина дома. И к чему был этот разговор?..
—Проходите.— незнакомец худощавой рукой указал внутрь дома, приглашая гостей. Они вошли и уселись на диван.
Пусть снаружи дом и отталкивал своим видом, внутри он был чист и ухожен. Почти всё в нём было белым: и рояль посередине комнаты, и пол, и даже сам хозяин дома, вышедший из своей комнаты, уже был одет в бежевый костюм с красным галстуком. Волосы, минуту назад торчащие во все стороны, уже были уложены и аккуратно зачёсаны на бок. Только бледная кожа, мешки под глазами и худые руки остались неизменны.
Он сел за рояль.
—Чужим глазам незачем знать, что и кто здесь находится.— сказал он, глядя в партитуру, заметив, как Элиза рассматривает убранство.— Где Бонги?— говорил он уже не так вяло, теперь в его голосе чувствовалась уверенность и хладнокровие.
—Сегодня у него выходной. А вот у Элизы первая вылазка. И мне нужна твоя помощь.
—Ты помнишь цену?
—Получишь только после удачной ловли.
—Так не пойдёт. Охотники стали так активны, что даже мне опасно выходить на улицы.
—И что ты предлагаешь? В прошлый раз я лишился из-за тебя клыка. Помню-помню: отрастёт. Но, знаешь ли, больно, чёрт возьми.
—Вполне оправданный риск.
—Давай так: ты даёшь нам сведения, а мы убеждаемся, что они соответствуют действительности. Тогда я заплачу с процентами.
—Идёт.— незнакомец хлопнул крышкой рояля и ушёл к себе.
Весь разговор Элиза не понимала, о чём идёт речь. Сведения? Цена? Вылазка? Ловля?! Филин ничего не объяснил ей перед тем, как они пошли по пустым улицам ночного города. Она поняла лишь одно слово — «охотники». О-о-о, от этого слова у неё шли мурашки по коже. Правильно сказал когда-то Ницще: «Человек — самое жестокое животное»...
—Лавкрафт, Говард.— сказал хозяин дома, протягивая лист бумаги Элизе.
—Чего застыла? Бери.— сказал ей Филин.
—А? Да, конечно.— В своей привычной манере сказала Элиза, оторвавшись от раздумий.— Элизабет Бэтти.— она протянула незнакомцу руку, но тот уже стоял в дверях своей комнаты. Как оказалось, он не представлялся, а назвал того, на чьё имя была карточка. Так и был подписан этот листок бумаги: «Карточка №2231». В ней было всё: и род деятельности, и семейное положение, и домашний адрес — всё об этом человеке.
—Жду не позднее полуночи. Опоздаете на 15 минут — повышу оплату в два раза. Опоздаете на 30 — не возвращайтесь и забудьте об этом месте.— произнёс хозяин дома, закрывая за собой дверь.
—Вот вы и познакомились.— сказал Филин, разглядывая карточку в руках Элизы.
—Познакомились? Я даже не узнала его имени.— ответила девушка.
—Как это «не узнала»? Я же рассказывал тебе о нём.— Филин снова изобразил пистолет пальцами и приставил его к виску.
—А-а-а,— протянула Элизабет,— так это он «иллюзионист»? Странно, я думала, он будет веселее.
Филин вздохнул.
—В нашей жизни происходит много плохого, много того, что ломает нас, как спички...— он мотнул головой.— Что-то я отвлёкся. Что там с пищей?
До Элизы наконец-то дошло, о чём говорили эти двое. Всё верно — пища. И «первая вылазка» напрямую с ней связана. Элиза никогда ранее не добывала себе пропитание сама — это делал Сэм. Каждый месяц он приносил гемаконы и бросал их перед ней на стол.
—Лавкрафт, Говард. Род деятельности: писатель. Семейное положение: безнадёжный одиночка. Тут даже распорядок дня есть.
—Ещё бы. Грэг своё дело знает.
—То есть он ищет для нас пищу?
—Не для нас, а для тебя и остальных неопытных. Я вполне в состоянии и сам разыскать себе пропитание.
—А почему тогда вы не научите меня?
—Нет-нет. Такому не учат. Ты должна сама, методом проб и ошибок, добывать себе пищу. Не сможешь — твоя проблема, которая меня не касается. Будешь голодать, пока не раздобудешь.
—Несправедливо! Я же могу помереть с голоду!
—А как это касается меня? Я твоя родня? Нет. Я от тебя завишу? Тоже нет.
—Да уж, духа поддержки вам не занимать.— пробубнила Элиза.
—Это суровая жизнь, привыкай. Так,— Филин посмотрел на часы,— где он сейчас должен быть?
—Согласно списку увлечений, он проводит большую часть времени дома. Учитывая время, думаю, он там.
Филин одобрительно кивнул.
—Что будем делать?— спросил он.
—Как «что»? Идти за пищей.— Элиза встала и направилась к выходу.
Луна светила так ярко, что фонари уже были не нужны. Они шли молча, каждый думая о своём. Элиза всё размышляла насчёт Говарда. Каким образом она «поймает» его? Что ей вообще делать? Девушка решила успокоиться и села на лавочку у дома.
—Что случилось?— спросил Филин.
—Я думаю.
—О чём?
—О пище.
Филин не стал ничего говорить. Он сел рядом, достал из-за пазухи блокнот с чернильным карандашом и сделал какую-то пометку.
—Кофе хочу...— как бы невзначай сказал Филин.
Лицо Элизы тут же переменилось. Точно! Кофе!..