Публикуем рассказ члена авторского коллектива "От Верховной жрицы" М.Бердс, написанный для конкурса «13 страшных историй» от издательской платформы ЛитРес: Самиздат
С силой захлопнув балкон, Алина остановилась как вкопанная. Воцарилась оглушительная тишина. Только старый будильник, как кукушка, отмеривал время, сколько секунд оставалось ее воспаленному головному мозгу. И вот часы остановились, а лицо Алены потеряло жизнь. Она медленно подошла к секретеру и открыла старый альбом.
– Я все поняла, – ее голос прозвучал спокойно и бесстрастно, эхом отлетая от стен. – Странно, что я раньше не догадалась об этом. Это же мой умерший отец. Он погиб, когда мне было два года. Вот его фотография. Так вот же он, молодой и красивый. А он почти не изменился. Он погиб – так говорила мама и бабушка. И больше никто. Бабушки давно нет, а подруг у матери и никогда не было. И это естественно. У нее есть только Шура, но она появилась недавно и знать о прошлом не может ничего. Значит, я не Васильевна, или он не Илья. Мертвый отец пришел к живой дочери… Но мертвые не могут ходить. Значит, он жив и никогда не умирал. Тридцать лет от него не было ни слуху, ни духу, а тут на тебе – явление Христа народу. Отцовские чувства заиграли на старости лет? Однако, как он чудовищно глядел в кофейне, как будто он хочет меня уничтожить.
Алена напрягла зрительную память. Не-ет, самое страшное было не в его взгляде, самое страшное – это его оскал: легкий, эфемерный, как улыбка Джоконды, и кровавый, как у Дракулы из голливудского кино. И еще руки. Они необыкновенной красоты. У старика не может быть таких красивых рук. И таких длинных пальцев, которые имеют одну цель – задушить.
– Сейчас мне надо заснуть. Я, как Скарлетт, не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра, пока не вернулась мать. Завтра… «Завтра» – это знак свыше. И завтра я должна «завтра» расшифровать.
Ночью Алена спала с открытыми глазами. Она, не мигая, пялилась в потолок, но видела сны. Ей снились цветы. Много цветов. Очень много. Танец цветов. И цветы, танцуя, постепенно выцветали и превращались в серый снег, который таял и растворялся в небытие. Ее тело было вытянуто в струну, а горло не совершило ни единого глотка. А потом наступило завтра.
– «Завтра», – сказала Алена своему застывшему зеркальному отражению в лоб. – Это слово гласит: «ЗАймись АВтоТРАнспортом». Я разгадала этот знак. И я должна Это сделать.
От прошлого возбуждения не осталось и следа. Она была хладнокровна и решительна, а все ее движения точны и безошибочны. Она должна Это сделать, иначе от чудовищного монстра может исчезнуть мир.
Она оделась в самое красивое платье. Она обулась в самые красивые туфли. И она сама была самой красивой. Красота исходила от нее, как холодная дымка от сухого льда. Она спускалась по лестнице – и каждая ступенька стонала под ее каблуками. Она шла по двору – и асфальт плавился от ее чар. И смолкали воробьи. Вот она медленно открывает свой белый автомобиль. «Опелек» трогается и плывет через двор к арке между домами. И останавливается. Дождь стучит в лобовое стекло и поскрипывают «дворники», как под ногами морозный снег. Алена вся превратилась во внимание. Она углубилась во внутреннюю тишину, чтобы не пропустить Его появление. Она вся превратилась в слух. Арка начала вытягиваться в туннель, в конце которого стоял ослепительный свет. Дождь оборвался. «Дворники» остановились. Свет в конце туннеля засуетился и затемнился неясным пятном, которое стало вырисовывать размытый силуэт. Тишина начала порождать гулкие шаги. Шаги становились громче, а силуэт четче. Из него вырастала фигура, знакомая до боли и ужаса, которые Алена уже не воспринимала никак. Она включила зажигание и нажала на «газ».
… С какой же неистовой силою надо было сделать Это, сколько же раз надо было прогладить смертельным утюгом туда-сюда, чтобы упругие человеческие ткани расплющить почти до лепешки! Только одно лицо почему-то не попало под жестокий каток. Это было не лицо Хоттабыча. Это был Ден.
Глава пятая.
Кирилл с накинутым на плечи белым халатом смотрел через больничное окно...
продолжение следует - читаем здесь.
- Наш журнал для умных людей. Мы даем им знания и стимулируем мыслительные процессы.