Привет, друзья! Спасибо, что заглянули на канал!
Сегодня знакомлю Вас с еще одним индонезийским художником - Нашаром, судьба которого образцовый пример преданности и рвения к любимому делу.
Биографию художника очень интересно изучать по письмам, которые сохранились из переписке художника с его друзьями, а также по книгам, посвященным жизни художника.
Нашар известен публике как бедный художник, который никогда не уставал заниматься живописью. Вся жизнь художника была построена вокруг живописи.
Он рисовал и днем, и ночью. Пусть уставал, но утомление не беспокоило художника, ему было все равно. Нашар сравнивал живопись с охотой, только здесь он не знал, за чем охотится.
Нашар всегда рисовал то, что ему нравилось, и тем способом, который он считал лучшим для него, независимо от того, будут ли люди покупать его картины или нет.
Для Нашара живопись - это жизненная необходимость, дыхание. Без живописи Нашар чувствовал себя больным.
Нашар (Nasha) родился 3 октября 1928 года в Париамане, Западная Суматра. С детства родители брали сына с собой за границу. Но во время японской оккупации родители Нашара переехали в Джакарту, а с ухудшением обстановки семья и вовсе переехала в Джокьякарту - культурную столицу Индонезии. Именно в этом городе Нашар познакомился с живописью и профессиональными художниками.
В подростковом возрасте Нашар бросил школу из-за трудной политической ситуации в стране. Затем ему было приказано охранять магазин своего отца. Он подметал пол, мыл стулья и столы.
Многие источники указывают на строгий характер отца, от которого страдали и Нашар и его мать, которая страдала расстройством. Отец всегда кричал на Нашара, что маленьким детям не следует читать газеты, поэтому мальчик всегда со страхом держал газеты в руках.
Были случаи, когда з-за строгого отцовского нрава Нашару убегал из дома. Нашару приходилось жить в резиденции учителей Таман Сисва на улице Джалан Гаруда 66, Джакарта; или в доме государственного служащего, дом которого каждое воскресенье использовался ся как место для рисования для членов Индонезийской ассоциации художников. Затем Нашар останавливался в Культурном центре. Но никакие условия не мешали Нашару рисовать!
Желание стать художником у Нашара возникло еще будучи в Джакарте, когда мимо их магазина проходил друг Нашара - Тауфик, который шел на уроки рисования. В этот момент, возможно, из-за ничего не делания, Нашар захотел присоединиться. Живопись преподавал г-н Судджоджоно, которого ученики звали Пак Джон (обращение к мужчинам старшего возраста). Поначалу Нашар не решался войти в мастерскую живописи, он наблюдал со стороны. Только на девятый день Нашар осмелился встретиться с Судджоджоно. Когда Нашар принес в студию несколько своих картин, Суджоджоно сказал, что у него нет таланта, но он может попробовать написать это это снова.
По возвращению домой, с неуверенными чувствами Нашар снова начал рисовать. На следующий день он принес свои новые работы о в студию, но снова услышал, что у него нет таланта, но он снова может повторить эти рисунки. Снова и снова приходилось слышать одно и то же от учителя. Замечания Суджохоно давали Нашару смелость рисовать снова и снова. С одной стороны Нашару было больно слышать о том, что у него нет таланта, но с другой стороны эти слова ему придавали сил.
Учитель так и не признал Нашара талантливым, но разрешил ему практиковаться в студии. Но Нашар гордился собой.
Ради искусства Нашар был готов пожертвовать чем угодно: мирскими удовольствиями, своей жизнью, своей семьей ... он игнорировал все это, потому что хотел сосредоточить свою преданность к живописи.
А после долгих поисков Нашар в 30 лет наконец-то нашел подходящую супругу: вдову, бывшую жену водителя велорикши. Но и их брак продлился не долго. В конфликте с отцом жены, Нашар по просьбе жены бежал в Джакарту, так как тот грозился его убить.
Нашар всегда жил в бедности, его картины не приносили никакого дохода. К живописи художник относился не как к коммерческому проекту, а как к своему образу жизни, как к потребности, которую необходимо удовлетворить. Некоторые источники указывают, что Нашар не любил продавать свои картины. Если ему нужны были деньги, он просто менял свои картины на необходимые деньги своих студентов, так как Нашар еще преподавал с 1970 по 1972 год в LPKJ (Джакартский институт художественного образования). С 1973 по 1976 год он был членом Совета искусств Джакарты, а с 1979 по 1991 гг. он снова преподавал в IKJ (Джакартском институте искусств).
13 апреля 1994 года Нашар скончался в Джакарте на фоне тяжелых финансовых условий. Несмотря на это, живопись для Нашара заключалась не в том, чтобы лить краску на холст, в ней отражались эмоции художника - это потрясение, беспокойство, размышления. Нашар полагал, что самое глубокое, что скрыто в душе, невозможно представить публике; то, что нельзя постичь умом; это нечто глубоко сокрытое в душе, которое можно считать истинным человеческим «я».
Публика знает Нашара как художника с концепцией "Три НЕТ" в его работах нет эстетики, нет концепции и нет техники. Считается, что именно из-за этого - в его время - картины продавались очень редко.