Узнать о том, что ребенок употребляет наркотические вещества – огромный удар для родителей. К сожалению, это горе приходит во многие дома, принося с собой боль и отчаяние. Своей историей борьбы за жизнь сына поделилась Татьяна (имена изменены по просьбе героини).
Как я чуть не потеряла сына, спасая его
Я, как и большинство людей, слышала страшные истории о подростковой наркомании. И как все думала, что уж меня-то точно это не коснется. Сын рос без особых проблем: учился неплохо, конфликтов особых у нас не было. Казалось, что я знаю всех его друзей, увлечения… Оказалось, что не все.
Как это, наверное, часто бывает, о том, что Миша начал употреблять спайс, я узнала последней. Педагоги в колледже, подруги, соседи намекали, что с ним что-то не так. Но я списывала все на подростковые кризисы, взросление. Не хотела замечать проблему. Теперь мне все кажется очевидным: сын начал поздно приходить домой, стал молчаливым, скрытным, раздражался по каким-то незначительным поводам. У него выросли финансовые запросы. Но домой Миша всегда старался приходить уже после того, как самые «яркие» впечатления от употребления сходили на нет. Но однажды не рассчитал.
Это был ужас. Меня сын не узнал, странно смеялся, бормотал что-то непонятное. Я просто попала в ад. Я боялась уходить на работу, боялась возвращаться домой, спать боялась. И даже не знаю, чего я боялась больше: того что Миша пропадет или того, что вернется. Я пыталась с ним разговаривать, закрывала его дома, лишала денег. Были страшные скандалы. Были слезы и просьбы: «Мамочка, прости! Я завяжу!». И все повторялось по кругу.
Самые яркие чувства в тот период это страх стыда. Стыда перед знакомыми и родственниками. А еще вина перед сыном. Я начала сходить с ума. Без успокоительных не могла уснуть. Я видела, что одной рукой стараюсь вытащить сына, а другой - топлю его и себя заодно. Стыдно вспоминать, но даже выпивать начала – настолько все казалось беспросветным.
Путь к освобождению
Спасла нас моя сестра. Она долго уговаривала меня отправить сына на лечение, но я просто панически боялась, что о нашей беде узнают люди. А клиника это постановка на учет, клеймо на всю жизнь. Сестра взяла на себя поиск реабилитационного центра. Просто однажды забрала меня с работы и отвезла в клинику. Нам показали центр, долго разговаривали, объясняли, рассказывали. Срок реабилитации – от 6 до 12 месяцев – сначала напугал. Но я уже так устала бороться с сыном за его жизнь, что решилась на этот шаг. Сестра даже оплатила выезд врача к нам, чтобы он убедил сына начать лечение. Так мы начали путь к трезвости.
Я не буду говорить, что нам легко далось выздоровление. Да оно еще и не закончилось. С сыном и со мной до сих пор работает психолог, хотя сын уже 2 месяца живет дома. Мы учимся жить заново. Я сейчас жалею только об одном – слишком долго я пыталась справиться с этой бедой в одиночку. Самолечение в случае с наркоманией смертельно опасно.
Надеюсь, наша история послужит уроком кому-нибудь.