Нравилась зима баннику Ерофею. Контрастами своими нравилась. Да, летом и в межсезонье свои радости, свои запахи в природе, но как ни крути, а истый банный дух можно лишь зимой почуять. От протопки до протопки бродил Ерофей по индивелой бане, слушал как потрескивают от мороза бревна, заглядывал в чёрный зев печки, угукал туда. Скучал. Мерз? Не, не мерз. Банник все-таки исконный, жар банный внутри от века шаит, не даёт застыть. Но скучал. Брезжило внутри предвкушение чудного момента, когда маленький огонек в печи, приняв первый дар берестяных завитков, начинает расти, приплясывая с веточки на веточку, постепенно вовлекая в свой танец толстенные березовые поленья. Печенька начинает потрескивать, покряхтывать и, наконец, довольно гудеть. Средь промороженных стен с иголками инея, заледенелых лавок, полков и ушат появляется запах тепла. Поди, объясни, как это. Не поймёшь, пока не почуешь. Чувствовал в этот момент Ерофей какое-то волшебное ощущение возрождения. Как нечто живительной силы в мё