Трёх таких хорошеньких бабушек повстречала вчера.
Двое из них шли через двор, держа друг друга под ручку, обе с тросточками. А третья стояла возле подъезда и кричала им вслед: «Девчат! Вы далёко собрались-то?». Они, не оборачиваясь, т.к. были сконцентрированы на дороге и уже синхронизировали свои шаги, отвечают: «До магазина, Дуся!». Дуся в ответ: «Ааа, ну с Богом, девчат! Возврашшшайтесь!» и перекрестила их спины.
Я остановилась, как зачарованная глядя на них, и расплылась в улыбке. Вдруг, на какие-то секунды зависла. Чувствую – в голове зашуршали упакованные архивы памяти и в ответ мозг выдал мне одну ассоциацию на фразу: «С Богом!».
Мне 5 или 6 лет. Мама взяла меня с собой на работу. При шахте был комбинат, который назывался «Горячее питание» или «Подземное питание». Да, «Подземное питание» – звучит диковато в наши дни. Так вот, рабочая смена длилась сутки, коллектив комбината обеспечивал горячими обедами шахтёров перед каждой рабочей сменой. Они забирали горячий паёк с собой, в подземные глубины.
В какие-то часы поток шахтёров снижался и наступал мой звёздный час! Мне доверяли пост у окошечка выдачи термосов с горячим супом. Но т.к. рост мой не позволял даже на цыпочках дотянуться до него, сотрудницы соорудили для меня из подручных средств подставку. А я, чтобы стать ещё выше и, как мне казалось, взрослее, надевала сабо одной сотрудницы. Они были ярко-красные, на высоченной платформе.
И вот такой сурьёзный поварёнок-Катя стояла на раздаче. Я должна была спрашивать «дяденек» с подведенными угольной пылью глазами, какой суп они желают? Затем отдавала им в руки жетончик с цифрами и металлический термос с прикрученной к нему ложкой. И когда дяденька всё укладывал в наплечную сумку и собирался уходить, я каждому говорила: «С Богом».
Никто из них не смеялся и не шутил надо мной. Они просто молча улыбались мне в ответ. Но было что-то такое в их ответных взглядах, чего я не могла тогда понять и осознать. Но понимаю сейчас. Порой эта фраза для нас гораздо важнее горячего супа.
Всего два слова, сказанные с ровной, спокойной, уверенной интонацией, которую я бессознательно скопировала от бабушек военного поколения, воспринимались как убеждение и вера, что всё будет хорошо.
А вчера к этому неожиданно всплывшему воспоминанию добавилось ещё одно осознание. Видимо уже тогда, в детстве у меня была потребность говорить людям поддерживающие слова. А через годы она вылилась в мою профессию. Вот такая история и, ожившие благодаря ей, воспоминания.
Психолог Катерина Арефьева