Баба Маша быстро пригнула к земле голову экзоскелета — движением, не лишённым некоторого изящества — и освободилась, раскрыв рёбра удерживающих тело креплений. Внучка Зарембы оказалась симпатичной женщиной с лёгкой сеткой морщинок, впрочем ничуть её не портившей. Вокруг неё сразу образовалась та самая суета, которая безошибочно выдаёт настоящего главу семьи, вернувшегося домой.
— Вы меня ждёте? — это к нам, с очаровательной улыбкой.
— Мы из-за вас и приехали, — Каринский пытался сообразить, как получше подступиться к этой ладно скроенной женщине, с лёгкостью управляющейся как с механизмами, так и со всем своим семейством. — Видите ли, мы ищем вашего знаменитого деда, Ивана Зарембу, активатора миров. Это очень важно для нашей работы — мы тоже активаторы миров, но не столь заслуженные, как он, разумеется.
— А я о вас кое-что слышала, — Мария убедилась, что экзоскелет правильно припарковался, и наконец смогла уделить время гостям, то есть нам, — вы Гена Каринский. Довольно известный специалист по активации миров, не надо скромничать. А раз вам, милая девочка, повезло получить такого напарника, то вы наверняка поразили всех в процессе учёбы. Я права?
Я кивнула, отчего-то заливаясь краской. Как можно быть такой вежливой и одновременно дать понять, что я здесь никто и звать никак? Высокое искусство.
— Откуда вы знаете, вы же здесь в лесу сидите давным-давно?
— В лесу-то сидим, да новости иногда зацепляем. Наслышана, — Мария спокойно смотрела на Каринского.
— Ну что же, очень рад, — Каринский кашлянул и продолжил, — так что насчёт деда? Сможете подсказать, где он может быть сейчас? Хотя бы теоретически?
— А вы вообще в курсе даты его рождения? По-вашему, он бессмертный, что ли?
— Олег нам сказал, что он давно не появлялся здесь, лет десять, кажется.
— Так и сказал? — Мария слегка задумалась.
— Неужели вы не узнали бы, случись с ним что? — Каринский изобразил почтительное удивление.
Очень странный зомби-апокалипсис в Подмосковье "Богатые тоже зомби"
— Дедушке никогда не нравилась наша суровая деревенская жизнь. Он всегда предпочитал большие города и то, что с ними связано: роболёты, шныряющие кругом, и весь этот непрерывный круговорот полезных технологий. Помню, он любил часами сидеть в кабинете с окном во всю стену, откуда был шикарный вид на монумент столетия объединения. Я тогда ещё совсем ребёнком была, но мне разрешалось тихонечко сидеть в уголке и смотреть, как дедушка работает, — Мария улыбнулась своему воспоминанию. — Я это к чему? Он почти не поддерживал с нами связь, настолько ему здесь не нравилось. Боюсь, вы зря приехали в такую даль, и вряд ли мы тут сможем помочь.
— А что по поводу искусственного интеллекта? Вы знаете, почему он так переживал из-за этого?
— Он был уверен, что машины в некотором роде способны обрести разум и это лишь вопрос времени. Не знаю, насколько наша изоляция способна помешать планам машин по захвату миров, но дедушка непременно хотел, чтобы мы жили тут.
— Не думали вернуться в цивилизацию?
— Нет, мы привыкли так.
— Ваш муж Виктор передавал вам привет, — пора было использовать последние козыри. — Сказал, что скучает.
— Он так переживал, бедняга, что я добровольно лишилась статуса специалиста по проектированию робототехники с полным доступом, — Мария усмехнулась. — Наверное, это он дал наши координаты? Уверена, Витя до сих пор мечтает, что я вернусь к своим машинам. Передайте при случае, что здесь гораздо интереснее, на природе. Он же биолог, он поймёт.
— Так вы проектировали роботов? — Каринский бросил на меня быстрый взгляд. — Надо же, я этого не знал.
Мария пожала плечами.
— Я же сказала, что отказалась сама. Что-то типа добровольного выхода на пенсию из-за смены приоритетов.