Поймала неожиданный взгляд на природу зависимости в выступлении Иоганна Хари на TED. Суть вот в чем.
Когда изучался механизм возникновения наркозависимости, то проводился ряд экспериментов на крысах. Крысе, помещенной в клетку, ставили две ёмкости с водой. Одна из них была с чистой водой, а вторая с добавлением героина или кокаина. Крыса почти всегда выбирала воду с наркотиком и таким выбором убивала себя довольно быстро.
В 70-ые годы прошлого века профессор Брюс Александер (Канада) меняет условия эксперимента. Он подмечает, что в пустой клетке крысе ничего не остается делать, как принимать наркотик и выдвигает гипотезу о том, что наркотики не вызывают зависимость сами по себе без сопутствующих условий. И склонность крыс к наркотическим средствам может быть вызвана их условиями жизни, а не химическим свойством самого препарата.
Животные, находящиеся в тесных металлических клетках, начинают испытывать депрессию и поэтому прибегают к изменению своего состояния безнадежности тем, что есть рядом. Для проверки своей гипотезы профессор соорудил «Парк крыс» (Rat Park). У крыс был в достатке сыр, много мячей и колец для бега и игр, тоннели.
И, ключевой момент, по его мнению – вокруг крыс было много сородичей. Ну и конечно у них были чашки с «живой» и «мёртвой» водой. И, внимание! В «крысином парке» животные почти никогда не пили воду с наркотиками. А если и пили, то крайне нерегулярно и полноценной зависимости у них не наблюдалось. Ни у одной из крыс не случилось передозировки. У изолированных крыс этот риск был 100%, а у ведущих насыщенную жизнь, он стремился к 0%.
Конечно, нельзя выводы из эксперимента с крысами перенести целиком и полностью на людей. Но, когда США начали войну во Вьетнаме, аналогия возникла сама собой. 20% всех американских солдат употребляли героин и власти США начали бить тревогу по поводу того, что после окончания войны по всей Америке окажутся сотни тысяч наркоманов.
И по этой причине за солдатами, принимавшими наркотики, вели наблюдения после их отправки домой. Что же оказалось по факту? Пессимистичные ожидания не оправдались. У военных даже не было «ломки». 95% из них просто перестали принимать наркотики. И всё.
Александер допустил мысль о том, что зависимость не связана с химическими приманками. И допустил предположение о том, что причина кроется в «клетке». А что, если зависимость – это адаптация к окружающей среде? Эту идею подхватил другой профессор – Питер Коэн и предложил термин «зависимость» заменить другим понятием. Он назвал это связыванием.
У людей есть естественная потребность создавать связи. Когда мы здоровы и счастливы, мы объединяемся друг с другом. Но если человек в силу каких-либо причин (неудачный опыт, неуверенность в себе, психотравма и др.) не может этого сделать, то он будет искать и находить связь с чем-то, что даст ему временное чувство облегчения. Это могут быть смартфоны, еда, шопинг, азартные игры, порнография, наркотики.
Наша социальная природа такова, что мы в течение всей жизни создаем связи и объединяемся. Это то, чего мы хотим как люди. Основная проблема зависимости заключается в неспособности справляться со своими внутренними трудностями и одиночеством. И разобщенность в обществе подкрепляет зависимость. В изоляции и одиночестве мы, к сожалению, выбираем вредного «друга», создавая связь с ним, хотя с радостью предпочли бы что-то другое.
Признайтесь (особенно девушки), приходилось ли вам уплести плитку шоколада за один присест, когда рушились отношения с мужчиной? Звали его, как правило, Единственный-во-всей-Вселенной или Больше-никогда-не-встречу-такого. У кого-то такой «палочкой-выручалочкой» была пачка сигарет или бутылка вина. Лично у меня этими «друзьями» были конфетно-шоколадно-мороженные искусители, перед которыми я не могла устоять, а если их не было в доме, то в висок стучала только одна мысль: раздобыть сию секунду хоть из под земли и съесть.
Т.е. что получается? У меня не получилось создать связь с КЕМ-ТО: с мужчиной (или с женщиной для мужчин). Тогда я создаю связь с ЧЕМ-ТО (алкоголь, виртуальная реальность и т.д.). Ведь это гораздо проще на первый взгляд. Купить алкоголь, включить компьютер, спустить деньги в торговом центре, накупив кучу ненужных вещей. Это то, что всегда под рукой, в зоне доступа. Но в этих случаях мы получаем только иллюзию связи, иллюзию сопричастности.
А противоположность зависимости – это не воздержание, к которому призывают все вокруг. Противоположность зависимости – это связи и взаимоотношения с людьми. Качественное, взаимодополняющее общение, поддержка, обмен идеями, озарениями, мыслями. Это то питание души, которое наполняет нас изнутри.
Нашей душе суррогаты, приманки и ловушки не нужны. Она, к счастью, умеет отличать настоящее от того, что им не является. И этой способностью мы тоже все одарены с рождения. Просто в силу разных причин забываем о ней, перестаем слушать и верить ей. Но она никуда не уходит. Она живёт в нас и ждет, когда мы о ней вспомним.
Психолог Катерина Арефьева