Я собирал букет из цветущих папоротников. Луна закрылась облаками, и находить нужные веточки стало сложно. Я копошился в темноте и злился.
- Привет, - произнёс голос позади меня. – Пойдём со мной.
- Я занят, - сказал я, не оборачиваясь.
- Пойдём со мной, - повторил голос. – Побродим по дорожкам.
Я посмотрел, кто говорит.
Это был оборотень.
В его глазах горели две луны. Но ничего не освещали. А луна обычная, нужная мне луна, спряталась окончательно.
- Букет можно оставить в том дупле. Там влажно. Не засохнет.
Я так и сделал.
Мы тихонько побрели по лесу.
- Охотишься?
- Нет. В этот час всё вкусное ушло на ветки. Лень за ними прыгать.
Болота колдовали: то осины заводили хороводы вокруг нас, то рассыпались под ноги и лапы светляки, и их гасил мерцающий туман.
Пристроившись на кочки, мы уставились на ночь как на спектакль.
Чарующая вышла ночь! В такую тьма касается волос невыносимо нежно. Мурлычет мягкий зверь. Сладко дымит болотная трава. Мхи тянут ягодно-коричным зельем...
Оборотень с наслаждением вздохнул. Получился тихий стон.
- Одиноко?
- Это не страшно. Но иногда грустно. Вот в такие ночи.
- Друзей бы завёл.
- Я их съем.
Оборотень показал лапы.
- Видишь, когти какие? – и улыбнулся. – А зубы?
- Когти, зубы… Главное – что у тебя есть помимо них.
- У меня есть только когти и зубы. Ими нужно рвать и грызть.
- Тогда да. Лучше не друзей.
- Ото ж.
Я вернулся к дуплу один. Выглянула луна и осветила спящий папоротник. На луну понёсся яростный вой.
- Так тебе, - одобрил я. – Заслужила. И скажи спасибо, что до тебя прыгать лень.