отрывок.
Далеко на северо-западе полыхали зарницы озаряя собой, теперь уже вечные, сумерки и два смерча бродившие далеко на равнине. После Катастрофы солнце не могло пробиться сквозь серую пелену, заполнившую собой небо, и на поверхности планеты заметно похолодало. То и дело шел снег, хотя по календарю Северной Америки был июль.
-Налей-ка, приятель, - наконец, сказал Майк бармену, плотнее запахивая меховую куртку и отходя от окна бара. В оконном проеме не было ни единого стекла и выходило оно на железнодорожные пути. Он зашел в это заведение услышать новости и перекусить. Да и заходить-то по сути в этой глухомани было больше некуда. Для начала Майк обошел зал насквозь продуваемый ветром через щели в стенах, немного постоял у окна рассматривая ржавые железнодорожные рельсы, разделявшие поселок на две половины и, наконец, сплюнув на улицу, направился к стойке.
-Налей-ка, приятель, … - это прозвучало как пароль и старик-бармен, до того тревожно за ним наблюдавший, с облегчением плеснул мутной жижи в щербатую пластмассовую кружку и двинул её на край. Получив маленький кругляк серебра от Майка, он как-то сразу подобрел.
-До всего этого, - дед сделал полукруг подбородком, - летали, сэр?
-С чего вы решили?
-На вас куртка пилота.
-А? Ах, да. Куртка. Вы правы, немного летал.
-По-моему, вы – русский?
-Верно подмечено.
-Мой прадед был пилотом, его во Вьетнаме сбили ваши летчики, - сказал он, то ли осуждая, то ли ища дружбы.
-Сожалею.
-Я тоже.
Старик помолчал, разглядывая лицо Майка: небритое лицо сорокалетнего человека с белыми шрамами на правой половине от виска до скулы. Темные усталые глаза пришельца равнодушно смотрели в упор.
-Провалится мне на месте, - буркнул старик, с трудом отводя взгляд, - Хромой Ларри опять отстает от расписания.
-Часто отстает? – спросил посетитель, делая маленький глоток ужасного местного алкоголя.
-Раньше каждый день отставал. Теперь раз в месяц, … чужак.
-Встречающих немного, - Майк окинул взглядом помещение, в котором ветер взметал клубы серой пыли.
-Сейчас-то, да! А раньше у нас был бойкий городок. Эй, Дороти, ты помнишь, когда пришел Первый после Катастрофы? – Пожилая женщина, гревшаяся у железной печки среди небольшой компании, кивнула.
-Помнит. – Бармен вытер нос тряпкой и по привычке смахнул ею налет на стойке. – Ей мужа привезли на том поезде. Точнее, то, что от него осталось…. А сейчас вот везут дочь.
Майк глотнул еще и посмотрел через окно на бушевавший горизонт.
-Да, - старик вздохнул, - уезжают от нас молодые, а возвращаются либо трупы, либо…, - он махнул рукой.
-Нелюди?
Бармен посмотрел на Майка исподлобья.
-Я бы не стал так говорить.
-Боитесь?
Тот отвернулся от посетителя и стал протирать убогую посуду в шкафу. Поняв, что разговор окончен, Майк вытащил кисет и бумагу.
-Курят в том конце, чужак, – заявил ему какой-то старик из компании у печки.
-Простите, - кивнул Майк и ушел в угол, унося с собой пластмассовую чашку.
Он свернул папиросу, чиркнул спичкой и затянулся, откинувшись на ветхом стуле. Компания, поглядывая на него, зашепталась. Майк оторвал от них взгляд и безразлично посмотрел на улицу. Зарницы продолжали пляску, но с низкого неба, уже ближе к поселку, спустился еще один толстый хобот смерча. Возле транспорта Майка крутились, пытаясь хоть что-то отвернуть, деловые подростки. Русский БТР-80 задрав курносый клюв издевательски поблескивал на ребятишек исцарапанным боком. Вдруг, одетые в рванье мальчишки прыснули от машины в разные стороны. По улице, вихляя между ржавыми остовами автомобилей, промчался старый армейский «Виллис» и резко затормозил у дорожки к бару. На землю спрыгнули двое в широких плащах. Обойдя и осмотрев БТР, незнакомцы постояли, совещаясь, и вытащив из-под плащей штурмовые винтовки, двинулись к дверям. Израильский «Тавор», на взгляд определил Майк и, допив дрянное пойло, затянулся крепким табаком. Он поправил видавшую виды фуражку и с интересом посмотрел на дверь. Она распахнулась от мощного пинка и, те двое, вошли...
https://proza.ru/2020/07/25/53