«Звёздочка» глава 173
Первого мая после демонстрации Ширяевы всей семьёй поехали в деревню. Мать Татьяны о беременности дочери ещё не знала, но как только та переступила порог почуяла что, что-то с ней твориться не то.
— Здравствуй, мама. — поздоровалась Татьяна и опустила глаза, стараясь втянуть в себя живот, чтобы он стал меньше.
— О-о, знать-то приехали. Здрасте! — обрадовалась мать, а потом, как только Татьяна сняла пальто сразу встревожилась, увидев живот. — А э́нто чё с тобой тако́?
Татьяна замешкалась, не зная, что ответить, но в этот момент в избу зашёл Иван с ребятишками и улыбаясь снял шляпу приветствуя:
— Тёща-а, здравствуй!
— Здравствуй, зятёк! — поздоровалась тёща в ответ и выговорила с обидой. — Совсем вы меня забыли, даже глаз не кажете столь время.
— Да я-то завсегда приехать не прочь, Татьяна вон моя только, всё занята чем-то, то одно у неё, то другое, всё дела какие-то да находит. — оправдываясь посетовал зять. Внуки зашли в избу и не поздоровавшись с бабушкой, стали раздеваться.
— А вы чего с бабушкой не здороваетесь, а? — прикрикнула Татьяна на своих детей, и те тут же начали приветствовать бабушку друг за другом.
— Здравствуй, ба-а…
— Здрасте, здрасте, проходите! — улыбнулась внучатам бабушка. — А выросли-то как, батюшки мои.
Увидев кошку, внуки сразу побежали за ней. Кошка тут же скрылась в подполье, умудрённая опытом.
— Вот, варнаки-и, даже кошка вас боится. — высказалась бабушка. —Гли́- ка чё, как шустро от вас спряталась.
Алёнка подошла к бабушке и прижалась:
— Здравствуй, баба-а!
— Здравствуй, внучка, как в школе-то дела?
— Хорошо, — ответила Алёнка.
— Вона чё зрение-то как э́нтой учёбой себе испортила, аж очки нацепила. — вздохнула бабушка, жалея внучку.
— А я уже двумя руками на пианино играю! — похвалилась Алёнка.
— Вот ведь чё, молодец какая. — удивилась бабушка, а потом взглянув оценивающе на её пальто, заметила Татьяне с Иваном. — Короткое стаёт, заместо пианино лучше бы пальтишко купили девчонке.
— Мне сестру мамка сказала скоро купит вместо пальто, — проболталась Алёнка.
Татьяна, услышав слова дочери, зыркнула на неё глазами, давая понять: «Молчи, пока я тебе не врезала». Алёнка смутилась и решила молчать. Татьяна прошла в комнату и села к столу, чтобы не привлекать лишний раз внимание к своему животу, но мать сразу насторожилась и немедля спросила:
— Танька-а, я чё-то не пойму, она чё тако́ говорит-то, ты тяжёлая ли чё ли опять?
— Ну вроде как да… — замялась Татьяна не решаясь озвучить беременность вслух.
— Как э́нто вроде?! — вспылила мать. — Уж говори на прямую как есть, без утайки.
— Да-а, мама. — призналась Татьяна нехотя.
— Да на чё глядя-то, Таньк?
— Ну так вышло…
— А чё аборт-то не сделала, а? На чё жить-то будете? — засыпала мать вопросами дочь. — Ты же не маленькая, сама понимать должна…
— Так поздно было делать-то уже… — оправдывалась Татьяна, виновато пряча глаза.
— Ещё не ба́ще* … — растерянно произнесла мать и всплеснула руками с досады, недоумевая. — Как так-то?
— А вот так получилось, — Татьяна ответила и отвернула голову, в глазах её появились слёзы.
— Да хоть бы уж скинула ли чё ли… — пожелала мать с горяча. Татьяна разнервничалась и со слезами на глазах заявила:
— А-а, тебе от Ваньки моего внучат не надо да? Что ты на меня-то напустилась? — с обидой в голосе задала вопрос Татьяна, гладя руками живот. — Ты мне зачем такое говоришь-то, мам? Смерти что ли ему желаешь?
— Да вот сказала, как думаю, да и всё… — высказалась мать, не чувствуя за собой вину. — Дело ваше, рожай сколь хошь, на меня только не рассчитывай бо́ле. Я тя сразу предупреждаю, чтобы потом на меня не обижалась. — она запричитала, сетуя на жизнь. — Э́нто чё ж тако́? Любка всё никак родить не может, а ты вон как кошка таскаешь друг за дружкой.
— А я чё виновата, что она аборт в девках сделала? — возразила матери Татьяна пытаясь себя оправдать. — Она вон лечилась, лечилась, по санаториям ездила, забеременела да скинула… Не даёт ей Бог детей-то и правильно делает, раз от первого избавилась.
— У сестры горе, а ты прямо и рада, какая же ты ненавистная у меня, Танька-а…
— Не рада, а как есть, так и говорю.
Иван слушал, слушал, перепалку жены с тёщей, а потом встал, стукнул кулаком по столу и скомандовал:
— Поехали, Татьяна, домой. Нечего нам тут делать, если нам не рады.
— Вот и всё… — буркнула тёща недовольно. — Не успели приехать и уж опять домой. Вам теперь уж и слова не скажи-и. — заревела она. — Совсем меня ни во что ни ставите-е… У людей сёдня-а праздник, а я вон слёзы лью из-за вас.
— А ты не лей слёзы-то, а лучше на стол что-нибудь собери, тёща. — посоветовал Иван, так как уезжать ему не хотелось: в сенях он заприметил противень с пельменями.
— О-ой, зятёк, да я и празднику-то теперь не рада-а, вот тебе и Первомай. — голосила тёща. — Живот-то вона чё какой большой, поди опять двойня будет?
— Мам, рожу так видно будет двое или один. — огрызнулась Татьяна. — Чего ты меня раньше времени-то расстраиваешь? Мне и без этого не сладко, а ты меня ещё и перед детьми отчитываешь…
Дети притихли на диване и поглядывали с опаской то на бабушку, то на мать.
— А я с Иркой пельменей налепила, вода вон в чугунке скоро закипит, — кивнув в сторону очага сообщила мать. — Щас исть** будем.
— Вот с этого и надо было тёща начинать: от пельменей-то я не откажусь! Давненько не ел.
— Скажешь тоже, чуть ни каждый выходной леплю. — Татьяна взглянула недовольно на мужа, а потом обратилась к матери. — А Ирка-то где? — поинтересовалась она, радуясь, что мать перестала ругаться.
— Ой, а я не сказывала что ли ещё? Юрка-то в отпуск пришёл!
— Да ты чё-о?! — воскликнула Татьяна.
— Ага-а, — подтвердила мать. — Осенью-то уж отслужит да совсем вернётся. Ирка школу нынче закончит, на работу устроится, а уж в восемнадцать-то лет как исполнится, так я думаю, что в замуж выскочит сразу.
Иван оживился и предположил:
— На свадьбе значит гулять будем скоро!
— Похоже на то, — ответила тёща. — А брата-то его как посадили, так и сидит в тюрьме. Зазря говорят сидит-то… Не убивал ведь он похоже девку-то.
— Зазря у нас, тёща, не садят — значит есть за что. — уверенно заявил Иван. — Не ограбил бы бабу на остановке, так бы и не попался.
— Да уж, — согласилась с ним тёща. — Всё один к одному.
Иван переменился в лице, встал и направился к двери, снял с вешалки пальто и накинул на себя, надел шляпу, а потом стал обувать ботинки.
— Ты куда это, Ваня, собрался? — спросила Татьяна, боясь, что муж опять сбежит.
— Да жарко тут что-то. — ответил Иван, думая о чём-то своём. — Пойду хоть выйду да подышу на улице.
— Пойдём-ка, Вань, вместе. — остерегаясь что бы муж опять чего-нибудь не сотворил, предложила Татьяна и встала из-за стола, а потом погладив свой живот, посетовала. — Мне тоже что-то душновато. Брыкается опять, прямо как будто отплясывает.
— Долго-то не ходите, Танька, я щас уже пельмени спускать буду, вода-то уж вон закипа́т, мигом сварятся. — заботливо предупредила мать, а после спросила. — Может дедку Митю с бабкой Лизой позовёте, а?
— Ладно, мам! — улыбнулась Татьяна, соглашаясь. В душе́ сделав вывод. — Знать-то мать угомонилась и больше стонать не будет. Что за характер такой поганый, лезет туда куда не надо, да всё под кожу норовит залезь-то. А рожу́ , когда так вовсе не переслушаешь её причитания.
Она погладила свой живот и мысленно огорчилась: — Вот бабушка-то у тебя какая, не хочет, чтобы ты родился… И я-то, тоже не хотела, а сейчас уж смирилась.
Пояснение:
Ещё не ба́ще* — ещё хуже, чем было; ещё того хуже
Исть** — есть
© 04.02.2021 Елена Халдина, фото автора
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной статьи.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны
Продолжение 174 "И как ты с ней, Ванька, только живёшь — не понимаю", - посочувствовала зятю тёща
Предыдущая глава 172 Неполученное письмо от Борьки
Прочесть "Мать звезды" и "Звёздочка"
Прочесть Старикам в больнице мест нет