Концерт начался. На сцене уже танцевали первые коллективы, но Олежке не хотелось смотреть. Он топтался среди кучки малышей-артистов, ожидающих своего выступления, и глазел по сторонам. В принципе, если бы за кулисами не было так холодно, и разрешили всё посмотреть, он, наверное, меньше хотел бы домой. Но ноги в тоненьких чешках начинали замерзать, а стоять приходилось рядом с партнёршей, которая то и дело зачем-то его толкала и дёргала. Несколько дежурных мам, конечно, одёргивали её, но, похоже, девчонку это ничуть не смущало. Олежка с завистью поглядывал на ребятишек, которые беззаботно щебетали под ловкими и добрыми руками своих мам. Если бы его мама тоже обнимала его и поправляла нарядную рубашку и новые концертные брючки! Но маме некогда. Он не знал, чем заняты родители, но слово «некогда» помнил с тех пор, когда вообще начал что-либо помнить. Из садика его забирала вечно замотанная бабушка, которая очень хотела поскорее доработать до какой-то, никак не наступающей, пенсии, мечущая