Знаете, какая реклама больше всего раздражает меня на нашем телевидении? О том, как легко на одном известном сайте объявлений найти работу. Год назад мне пришлось уволится с любимой работы формально по «собственному», фактически - по чужому желанию. Виновата ли в том пандемия, мой возраст или что ещё, но работу не могу найти по сию пору. Казалось бы, объявлений для Оператор 1С – море, а не берут. И плевать работодателям на то, что владею и 7.7 и 8.3 и Торговлей 11 и опыт работы у меня 18 лет. А ещё нет маленьких детей и больничные я не беру. Отказывают даже в собеседовании.
Ну вот, прямо перед новогодними праздниками, окончательно отчаявшись найти что-то по специальности, попадаю на один из производственных пищевых комбинатов. Там требуются упаковщики. Пришли с коллегой вместе (вдвоём не так страшно) на собеседование. Встретили нас радушно, показали цеха, рассказали о порядках и правилах, а, главное, на наш возраст абсолютно никто внимания не обратил. Даже хорошо сказали, что возраст такой. Молодежь сюда как-то не идёт. И правда, когда в цехах были, отметили, что работают в основном женщины 40+ и 50+. Да так всё ловко у них выходит – заглядение.
Едем домой, делимся впечатлениями. И всё нам нравится. И оплата хорошая, и график, и спецодежду выдают. Ну, смены по 12 часов – понятно, что тяжело. Деньги легко не достаются. А в целом – очень даже здорово. Будем работать!
Оформили нас быстро, официально, даже медкнижку делали за счет предприятия. Выдали резервную форму, памятку о правилах работы, провели все положенные инструктажи и отправили в цех.
Вот тогда-то спустился или поднялся откуда-то кто-то черненький и коварно прошептал: «Добро пожаловать в твой персональный Ад!»
Началось с того, что рабочей обуви нам не дали за её неимением. В резерве остались только 45-47 размеры, которые при моём с натяжкой 36 не спасали никак. Мастер велела взять подходящие башмаки у другой смены. За это нас чуть не побили. Ну, нецензурно обложили конкретно. Положенных шкафчиков с замками для личных вещей в резерве тоже не оказалось, даже одного на двоих. Пришлось оставлять вещи, включая телефоны, банковские карты, пропуск и документы, практически в открытом доступе.
В процессе перемещения по территории надо выполнять ряд обязательных правил. Запомнить легко, но с непривычки путаешься. А вот в цеху… Цех встретил грохотом станков, криками людей и абсолютным непониманием нами наших обязанностей. Учить тебя здесь никто не будет. Иди и делай. Что делать и как, додумывайся сам. Если не додумался, получай окрик. Смотри на других. Каждый процесс имеет свою специфику. Только немного начинаешь понимать, что к чему, как тебя тут же перебрасывают на другой. В первый день, для нас, ошалевших от абсолютно незнакомой работы, смена пролетела незаметно. Моя коллега чуть не плакала, ей было очень тяжело физически. Мне физически было легче и, даже появилась крамольная мысль, что всё ничего, и работать здесь можно, если привыкнуть.
Вторая смена тяжелее прошла для меня. Конвейерная лента неслась с такой скоростью, что успеть за ней было практически невозможно. И хотя на нас со всех сторон орали старые работники, видно было, что и им успевать за станком было не просто. Эта скорость и моё волнение, что ничего не получается, сыграли злую шутку: сердце колотилось, руки тряслись, началась паника. Бригада, в которой нам выпало трудиться разделилась на два лагеря. Одни жалели нас и сочувствовали, что мы сюда попали. Другие подбадривали и говорили, что всё будет хорошо, и мы постепенно привыкнем. Но и те, и другие, тем не менее, не хотели ждать наступления этого привыкания и при любом удобном моменте орали что-то про наши кривые руки. Чисто по-человечески мы их понимали. Ведь им приходилось подстраховывать новичков, а следовательно – выполнять больше работы. Текучка в цехах постоянная, люди меняются, а основной костяк несёт на своих плечах всё бремя. Рабочих было мало и все метались по цеху между операциями, как сумасшедшие. Научиться чему-либо в таком темпе очень и очень сложно.
Приходя домой, мы падали замертво, а проснувшись, с нарастающим ужасом думали только о начале следующей смены. Обещанный график не соблюдался и ограничивался одним выходным в неделю. После четвертой смены, я перестала спать. Несмотря на дикую усталость, заснуть было трудно, а стоило задремать, начинали сниться кошмары. По ночам на меня всё время нёсся конвейер. К этому времени мы уже поняли, что работать здесь не сможем. Но пришлось ждать окончания новогодних праздников, пока не вышла на работу администрация.
Неожиданно мой крепкий организм, лет 20 не имевший медицинской карты в поликлинике, дал сбой, и меня отправили на больничный. За время моего отсутствия у коллеги «свистнули» рабочую форму, и ей пришлось трудиться в моей. Обуви и шкафчиков мы так и не дождались. Хорошо, что личных вещей и документов не лишились. В цеху появилось много «новобранцев», может быть, поэтому рассчитали нас без проблем. Заплатили честно, упрёков мы не услышали. Наоборот, многие из постоянных сотрудников цеха тепло попрощались с нами и пригласили возвращаться «если что».
Работа на производстве – тяжелый физический и психологический труд. Надо обладать хорошим здоровьем, и крепкими нервами, быть эмоционально стабильным пофигистом, уметь нецензурно выражаться и не реагировать на крик. И помните: никто не даст вам возможности научиться. Делать всего придётся много, очень быстро, и сразу. Платят честно и вовремя, можно брать подработки, но этот труд реально адский. И, если кто-то так же не может найти работу и просматривает вакансии на крупном производстве, оценивайте свои силы. Я с большим уважением отношусь к людям, много лет отработавшим в цехах, к их выносливости, способности справляться с такой нелегкой работой. Мне, человеку, пришедшему из офиса и работавшему в совсем иной сфере, такая работа не подошла. Что ж, продолжу поиск в своем виде деятельности.