Читать рассказ с начала - здесь
Лера кинулась их разнимать, и вдруг наткнулась на чью-то сильную руку. Открыв глаза, вздрогнула.
- Валерия, просыпайтесь, следующий сеанс через день в это же время.
Над ней возвышалась могучая щекастая медсестра физиотерапевтического отделения и, сжимая ее хрупкое плечо, призывно улыбалась.
В реальность удалось включиться не сразу: это же надо так вырубиться на процедуре электросна! Не заметила, как пролетел час! И это - на самом первом сеансе, что будет дальше?
Сняв с головы электроды, Лера села на кушетке, какое-то время приходила в себя, чувствуя легкое головокружение.
В ушах слышались отзвуки перепалки двух бобрих. Все-таки интересно: кто из них победил. Первая – вроде посильнее, и в словах убедительнее, но что-то подсказывало Лере, что крысоподобная улизнет в самый последний момент, увернется, и… останется при своем мнении.
Так случалось уже не первый раз.
По сути, крысоподобная олицетворяла Богдану, а прокурорша… была ей самой. Она могла помалкивать – Лера назубок знала все, что она скажет. Это были ее мысли, ее слова, с ними она шла по жизни, с ними выходила когда-то замуж. В них было уютно, как в мягкой детской кроватке.
Санаторий в целом понравился: народа немного, кормили вкусно, персонал улыбчивый. Двухместный люкс на третьем этаже с лоджией и видом на сосновый бор покорил сразу же. Казалось, протяни руку – и уколешься.
Состоявшийся накануне разговор с мужем напоминал нитку с множеством узелков:
- Куда? В санаторий? Как тебя угораздило? А салаты кто мне будет по вечерам намешивать? Без витаминов я загнусь – волосы выпадут, ногти расслоятся, пигмент на лбу выцветет.
- Пару раз в неделю я буду готовить нарезку, - успокаивала она Стаса, как могла. – Она будет в холодильнике. Тебе останется лишь заправить майонезом столько, сколько надо, чтобы наесться, и…
- Угу, каждый вечер одно и то же…
- Хорошо, сметаной, маслом… Балуй чем-нибудь себя…
Как декоративная кружка на работе, из которой она перед лекциями частенько пила кофе, эта интонация мужа была ей знакома. Будучи Девой по гороскопу, Стас любые перемены в жизни, даже самые незначительные, встречал в штыки: все текло по накатанной, было так хорошо, и вдруг… На каждый следующий «узелок» в разговоре у Леры был заготовлен достойный ответ, она знала, за какую нитку потянуть, чтобы развязать его.
- А пуговица оторвется…
- Звони, так и быть, прибегу, пришью! Тотчас!
- Простужусь если… Чем горло полоскать? Что в нос капать?
- Все в аптечке, я написала… Старайся не простывать! Займись профилактикой… Ты же рыбак, а рыбаки не болеют!
Совсем другое дело – разговор с веснушчатой коллегой в санатории на следующее утро. Напомнивший Лере давнишнюю партию в пинг-понг, когда она единственный раз в жизни взяла в руки ракетку:
- В каком году закончила, коллега? Что нового?
- Биомеханику кто читал? Вараксин? Ну, с вами все ясно…
Ответы летали над стопкой историй подобно теннисному мячу:
- Клепцов-курилка на «судебке» еще жив?
- У Тройчука по патфизо в чайнике по-прежнему вместо чая коньяк?
- Времена меняются, а вечные ценности остаются…
Казалось, воспоминаниям не будет конца, но вскоре в кабинет настойчиво постучали, Дарья Евгеньевна – именно так звали веснушчатую докторшу – развела руками, дескать, прием есть прием.
Уже оказавшись в коридоре, Лера пролистала санаторную книжку, про себя отметив, что все «дефициты» ей назначены. Можно было приступать к «экзекуции»!
Что-то подсказывало ей, что первое впечатление о санатории обманчиво. Не может все быть гладко, без зазубрин. Без подводных камней типа вопроса студентки Желниной про хламидии и оральный секс.
Первый подводный камень поджидал ее в кабинете массажа. Войдя, Лера с ужасом разглядела за столом того самого отвратительного Квазимодо, которого пару дней назад видела в кафешке смачно жующим беляш. Только теперь он был в голубом костюме и дымчатых очках, которые придавали его облику некую заболоченно-водянистую расплывчатость.
- Добрый день, Валерия Аркадьевна, - прогнусавил массажист, разминая своими «щупальцами» ее санаторную книжку. – Что будем прорабатывать? Пояснично-крестцовую?
Осознание того, что эти щупальца через пару минут начнут хозяйничать на ее коже, мгновенно прокатилось ознобом от шейных позвонков до щиколоток. Ей показалось, эту дрожь уловил Квазимодо, но вида не подал. Может, истолковал по своему?
Если расплывшийся безобразный массажист еще как-то вписывался в достаточно скудный интерьер кабинета, где кроме стола, кушетки, ширмы и магнитофона с колонками она ничего больше разглядеть не успела, то грядущие ощущения от контакта с его лоснящимися пальцами, на которых, казалось, еще отсвечивал жир того самого беляша, никак не укладывались в голове. Как она ни старалась!
Возможно, из-за этого Лера не спешила садиться на предложенный стул. Ей казалось, если сядет – все, пиши пропало.
Уши словно заложили ватой – как сквозь туман к ней пробивались отрывочные гортанные звуки Квазимодо, лишь по недоразумению названные человеческой речью:
- Вы присаживайтесь, пожалуйста, в ногах правды нет.
- Может, лучше воротниковую… зону? – робко предложила она, сделав над собой усилие, чтобы присесть на краешек стула.
Сосиски губ расплылись в луноподобной улыбке:
- Можно и воротниковую… Но лучше и то, и другое…
«И можно без хлеба», - прозвучала в ее мозгу фраза Винни-Пуха из одноименного детского мультфильма и отчего-то развеселила.
«Будь, что будет, - решила она для себя, скидывая халатик за ширмой и раскладывая на кушетке широкое махровое полотенце. – В конце концов, я не единственная пациентка, зарулившая сюда на процедуру. Не сахарная, авось не рассыплюсь!»
Последнее, что она отчетливо уловила перед тем, как провалиться в небытие, был щелчок клавиши магнитофона. Колонки были расположены так, что эротичные звуки сыпались со всех сторон, а уж когда Квазимодо прикоснулся к ней… Началось такое…