Известно, что у датской принцессы Дагмар, ставшей позже российской императрицей изначально был другой жених, наследник российского престола Николай Александрович.
Но в апреле 1865 года цесаревич подхватил менингит и увы, скончался.
Печальное и потрясшее всех событие, однако, не должно было изменить государственных договоренностей или дипломатических интересов.
В России новый наследник, у принцессы, соответственно, новый жених и прежние перспективы.
Младший брат почившего занял место брата во всех смыслах.
У России к тому моменты были сложные отношения с Австро- Венгрией, общие интересы и непростые конфликты.
В общем, австрийский двор не обьявил траура и не изменил график различных мероприятий как предполагали правила хорошего тона.
Закона такого не было, но приличия и сложившаяся практика указывали именно на это.
Ответить на неуважительное отношение шанс предоставится спустя несколько лет.
30 января 1889 года Австро-Венгрия в свою очередь лишилась наследника престола.
Кронпринц Рудольф Габсбург вместе с возлюбленной решили уйти вместе.
Вена погрузилась в траур.
Еще до страшных новостей из Вены в Петербурге был объявлен бал. От имени императрицы.
В одной точке сошлись желание российского двора политически как- то выразить своё отношение к Австрии и личная, уже сильно охлажденная, как положено, месть Семьи и российской императрицы как женщины.
В дипломатии это называется красиво - принцип взаимности.
За четыре дня до планируемого события бал решено было не отменять, но дамы получили уточнение к дресс коду - только чёрные платья.
Кроме того, приглашённым дали понять, что императрица, хозяйка бала считает бриллианты лучшим из возможных дополнений к чёрным платьям и ограничивать свою фантазию и скрывать возможности в этом вопросе и в этот вечер не стоит.
«Цветные балы» случались и раньше, но чёрный...
Страшусь представить себе, что творилось в петербургском высшем обществе в эти часы.
Естественно, у многих были чёрные платья, у кого то траурные, у кого- то даже вечерние. Но вечерние и бальные платья - не есть одно и то же.
Всему Петербургу мгновенно потребовались переделки).
Ну, что ж, я так понимаю, справились.
Ослушаться приказа, а приглашение ко Двору это именно он и есть, да ещё в столь деликатном деле, было бы крайне недальновидно).
Говорят, это было прекрасное зрелище.
Бриллианты сверкали как никогда и дамы в чёрном кружились под венскую музыку.
Российский двор смог соблюсти формальность, но продемонстрировать всему миру, что они заметили бестактность, запомнили и не оставили ее без внимания.
И ведь ничего личного - просто принцип взаимности).