Несколько лет назад я была в захвате от "Щегла". Думаю, какая молодец Донна Тартт, сумела воскресить классический "длинный" роман. У нее действительно получилось создать объемный мир, сюжет закрутить постепенно, обстоятельно рассказать о персонажах, каждый из которых - живой, а не картонная фигурка. Но внезапно, ближе к концу, темп повествования побежал вскачь, а финал и вовсе оказался куцым, как куриный хвост. Показалось, что история о потерянном мальчике и потерянной картине, издала неприятный звук и скончалась...
Романист - это совершенно особенный тип. Обывателям кажется, что стоит написать книгу - какая фигня. А нееет... Авторы похожи на легкоатлетов: среди них есть спринтеры и стайеры. Способность писать на "длинные дистанции" - это великий дар. Вот Зощенко, или Довлатов - хорошо стартовали, но, видимо, быстро выдыхались, их хватало на блестящую, но короткую прозу. Я же искренне завидую тем, кому покоряются эпосы. Это люди огромного терпения, усидчивости, им свойственно особенное чувство темпа, ритма в повествовании, напоминающем море, они плывут интуитивно, как рыбы, выстраивают сложные цепочки. Интересно рассказать длинную историю - целое искусство.
Но в наше время, кажется, места для больших романов уже не осталось. Мы все больше становимся похожи на птенцов, которых кормят разжеванной пищей, причем маленькими порциями. Публикации в Интернете, ролики, клипы, даже сериалы - это фрагменты, сгустки смыслов, проглатываемые стремительно. Банальность, но все же люди сегодня способны в один миг получить нужные сведения по справкам, а умение воспринимать связные тексты (и это не только о словах), да, особенно большие связные тексты, постепенно утрачивается. Как говорят исследователи, школьники читают все меньше не только потому что вокруг такой разнообразный мир и хочется все успеть, им просто сложно долго удерживать внимание на одном предмете. Кажется, с теми, кто пишет, происходит примерно то же самое.
Современники не понимали Довлатова, и, как думается, не только из-за его диссидентства. Я как раз перечитываю "Чемодан". Знаете, по стилю и форме "виньетки", собранные в этот сборник, и сегодня кажутся свежими. То, что он делал, трудно описать на самом деле. Это не вполне литература. Это, черт побери, не просто гениальные очерки, это метажурналистика, протоблогерство, если хотите.
Эволюция жанра - возможна? Приспособится ли роман к новому цифровому миру?
Недавно я закончила читать замечательную книгу "Непосредственный человек" об университетском профессоре, запавшем в экзистенциальный кризис. Греческой трагедии там нет, история рассказана с иронией, приправлена сочными деталями и включена в поп-культурный контекст. История жизненная: в провинциальном американском вузе оказывается столько черт, роднящих его с коллегами из России, что диву даешься (я даже парочку своих профессоров в персонажах узнала).
Автор романа - лауреат Пулитцеровской премии Ричард Руссо, к слову, практически ровесник Довлатова. Знаете, что меня поразило в этой книге? Легкость. Невероятная легкость. Это не поток сознания, но при этом кажется, автор говорит с тобой прямо здесь и сейчас, просто рассказывает прикольные случаи из жизни. С одной стороны такой подход отсылает нас к заре литературы, когда сказители передавали из уст в уста бродячие сюжеты. А с другой - какой-то новый способ осмысления жизненного опыта на бумаге. Приключения саркастичного преподавателя завершаются благостным эпилогом, где он по пунктам (по пунктам!), как в записной книжке, рассказывает, что сталось с ним и его друзьями. Ответы читатель получает исчерпывающие.
Если Вам понравилось, лайкайте, подписывайтесь, будем дружить на нервной почве - любви к литературе и кино.