глава 10
Каждый год нас направляли осенью на уборку урожаев в колхозы Татарии, в основном на уборку картофеля. Совместная работа как-то сплачивала коллектив. Надо сказать, что коллектив оказался более-менее сплочённым. Однажды, вроде бы на 2-ом курсе, при сдаче экзаменов я получил 3-ку по физике, а 3-ка означала, что меня лишали стипендии. Так как лишение стипендии означало для меня резкое ухудшение материального положения в семье, что, наверное, пришлось бы оставить учёбу в техникуме и, наверное, пришлось бы устраиваться куда-нибудь на работу. Вот тут мне здорово помогли девчата и ребята группы. Они всей группой ходили несколько раз к преподавателю Альтах (к сожалению, не помню имени и отчества) в техникуме и на квартиру и уговаривали его, чтобы я пересдал физику и не получил оценку 3-и. С большим трудом они добились положительного результата и Альтах поставил мне 4-ку, в результате чего я снова получил стипендию.
Меня всё время тянуло научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте: барабане, мандолины, гитаре, горне. Но оказалось, что у меня не было музыкального слуха и памяти, и мне приходилось бросать занятия с этими инструментами.
Во время учёбы в техникуме мы проходили различные технические практики – при авиационном институте по механообработке - на токарных и фрезерных станках, на слесарных работах, при техникуме - по ручной дуговой сварке, на авиационном заводе №22 - по газовой сварке (в цехе №17), автоматической и ручной дуговой сварке (в цехе №2). В последствии в цехе №2 я вместе с однокурсницей Бигтагировой Даниёй проходил преддипломную практику, темой которой была «Изготовление толстообмазанных электродов для ручной дуговой сварки на автоматической линии по запрессовке электродообмазочной массы на электродные проволоки». По этой теме и была у нас защита дипломного проекта, которую я защитил с оценкой 5-ть.
Надо сказать, что я с малых лет страдал постоянным насморком, что мешало мне нормально дышать, особенно по ночам. С таким насморком мне пришлось мучиться и в армии. Демобилизовавшись из армии, я в январе-феврале 1965 году был направлен в больницу (недалеко от площади имени Мулланура Вахитова) на обследование и лечение. Там при рентгеновском обследовании определили, что у меня было сильное искривление носовой перегородки (по видимому, в результате драк с пацанами , у меня и произошло искривление носовой перегородки - попадали удары кулаками по носу), и мне предложили пройти оперативное лечение. Я согласился (а куда было деваться?). Так мне сделали операцию, удалили хрящ носовой перегородки в наиболее выпуклой части – путём долбёжки, после чего я стал свободно дышать. Но как таковой хронический насморк никак не излечил, так всю жизнь и мучаюсь, никакие лекарства не помогают.
После сдачи государственных экзаменов и защиты дипломного проекта была в кабинете директора техникума комиссия по распределению на заводы г. Казани защитивших дипломные проекты и сдавших государственные экзамены. Надо сказать, что до нашего выпуска студентов распределяли на заводы по всей России по принудительным спецзаявкам предприятий. В наш выпуск заявок было очень мало – всего на 2-е группы 6 человек, да и нам сообщили, что наше отделение в 1958 году будет закрыто – будет последний выпуск специалистов по сварочному производству. Остальных распределяли на заводы в г. Казани принудительно.
Нина Колоколова зашла на комиссию раньше меня, там предлагалось на выбор несколько заводов. Так как она жила в посёлке Юдино, то она выбрала Вертолётный завод, так как он находился в Кировском районе около железной дороги, и ей было удобно ездить на работу.
Чтобы быть ближе к Нине, я тоже выбрал Вертолётный завод, хотя мне предлагали 3-и завода – авиационный, моторостроительный и вертолётный. Как сказал на комиссии заведующий сварочным отделением Каминский Ромуальд Иосифович, что я могу работать мастером. Ну, какой я мастер - пацан ещё, да и с людьми я работать не умел ещё, ведь пришлось бы работать с взрослыми рабочими.