На удивление, Теней, ожидающих переправы, на берегу не было – кроме единственной незадачливой безмонетницы, которая, завидев аж двух сразу паромщиков, горестно съежилась. Харон посмотрел на нее без интереса – видали, мол, таких, а вот очерченная вокруг нее граница вызвала у стража переправы неподдельное любопытство. Кощей, однако, покачал головой – не до того, дескать. Всю их недолгую дорогу чародею не давала покоя некая мысль, и наконец он понял, в чем дело:
- Как акониты посеял твой Цербер, скажи мне? – обратился он к спутнику. – Как через реку сумел переплыть невозбранно?
Харон досадливо поморщился.
- Это неважно, мой гость, но тебе я отвечу, - промолвил он скороговоркой. – Видишь ли, наши законы стесняют властителей наших... Чтобы любимая дочь не узнала ни в чем недостатка, мне разрешает порою Аид по лугам прогуляться с собакой.
«А ко мне ты его ни разу не перевез почему-то», - мрачно подумал Бессмертный, вслух, впрочем, ничего не сказав. Интересное дело получается, как посмотришь повнимательней. Покидать паром нельзя, но ради начальственной доченьки можно. Пес должен нести службу денно и нощно – но ради одной знатной особы его выпускают на прогулку. Суровость здешних законов, как говорится, компенсируется необязательностью их исполнения. Как хорошо, что в родных краях не так!.. Чародей хмуро взглянул на собеседника. Темнит что-то Харон, ох, темнит. Пса-то он, может, и приводит сюда, да только вряд ли Аид об этом знает. Может, и сегодня они переправились через Стикс вместе – и задача таинственного похитителя облегчилась бы многократно, по крайней мере, ему не пришлось бы переправляться через реку и поднимать шум на том берегу, отлавливая собаку. И все же неясно, почему Цербер так просто дал себя увести? Почему позволил напасть на хозяина, если находился рядом? Или Харон все же был здесь один? А если так, то кто мог пробраться незамеченным на тот берег, ведь он открыт, как утверждал его знакомец, лишь для Теней? Тенью похититель быть никак не мог, уж с Тенью Цербер бы справился. Впрочем, Цербер почти с любым соперником справился бы – здесь, на родине, пес был значительно сильнее, страшнее и даже словно бы крупнее, чем в Тридесятом лесу. Бессмертному сложно было представить злодея, которому пес не смог бы противостоять. Вопросы, одни вопросы, а отвечать на них никто не спешит, включая самого паромщика. Вон как уставился на плот, словно окромя плота у них и забот нет!
Ну и ладненько, подумал вдруг Кощей. Не хочешь говорить – не надо, найдем поразговорчивей.
- Ты не печалься, паромщик, смотря на сие разоренье, - обратился он к Харону. – Ежели хочешь, портал уберу я мгновенно. Только скажи, для чего тебе плот – пассажиров покамест ведь нету? Да и поплыть к тому берегу я бы сейчас не решился...
Харон растерянно взглянул на своего гостя. Про взбунтовавшихся Теней ему уже было известно.
- Лучше давай мы с тобою поищем собаку, - увещевал его Бессмертный. – Только вернется твой Цербер на место – настанет порядок.
- Знать бы, куда он мог деться, проблему б мы эту решили, - печально согласился Харон.
- Вот и славно, - потер руки Кощей. Идея, которая пришла ему в голову, пока он вместе с паромщиком смотрел на плот, казалась ему все более привлекательной. В особенности потому, что других идей у него пока не было.
- На берегу оставайся и жди моего возвращенья, - предложил он паромщику. – Раньше начнем мы искать – и скорее его мы отыщем!
С этими словами чародей взошел на свободный от портала край парома и оттолкнулся от берега. Сейчас, когда у чародея уже имелся какой-никакой опыт, плот двигался легче и быстрее. Печальное, озабоченное лицо Харона и потрясенная физиономия Тени быстро скрылись во тьме.
Как только Бессмертный уверился, что с берегов его не разглядеть, он обернулся к порталу. Чародею как никогда требовался мудрый совет. Нехорошо подозревать кого-либо, не имея доказательств, но еще хуже – темнить и лукавить, когда их общему любимцу, возможно, угрожает опасность! Если же Харон знает, что пес в безопасности, дела обстоят еще хуже. Значит, какой-то неведомый злопыхатель строит козни, дабы втянуть наивного чужеземца в беззаконие, и паромщик полностью в курсе дела. Здесь, посередине реки, хотя бы можно чувствовать себя в относительной безопасности – сунуться в воды Стикса не рискнет даже Харон, уж в этом-то чародей был уверен. А кроме того, Бессмертному не хотелось, чтобы подозрительный паромщик узнал, куда он направляется, и пуще того – не последовал бы за ним.
Портал полыхнул алым. На миг Кощей подумал, что всего одно-единственное заклинание – и он шагнет отсюда прямо в родную, привычную лабораторию, и пусть местные сами разбираются со своими проблемами.
Он закрыл глаза и вздохнул. Паромщик – паромщиком, а Мутант ему все же не чужой.
Кощей решительно шагнул в портал и провалился куда-то вниз.
© Анна Липовенко
Начало сказки здесь.
Продолжение следует.
Оглавление здесь.