Начало спектакля уже было фееричным- спускающийся на страховке Чайковский из- под купола театра, игра со светом- рождение Гения. Но, как выясняется- в местечке, куда приезжает Петр Ильич- то еще уныние.... и нелепица. Батюшка местной церкви /Никита Татаренков/, хлещущий самогон, помещик /Юрий Казаков/, который коллекционирует мух, сестрица Петра/Мария Бортник/,с легкой придурковатостью на лице, перемежающая с одухотворённостью и поместным просветлением, дети, возомнившие себя взрослыми, баянист, который, скорее всего, даже скутера с его хау мач из де фиш мог бы сыграть.... Андрей Попов в лихо заломленном картузе и косоворотке, словно солнышко, выкатывающееся из-за темных туч, и мрачный Чайковский/Сергей Кемпо/, который дополняет всю эту фантасмагорию. Ах, да- еще Алеша/Алексей Каничев/, слуга Петра Ильича. Который все больше мнит себя хозяином в залоснившемся халате и со скабрезными анекдотцами из записного альбома...
Первое действие показалось немного затянуто диалогами- но, скорее, мне просто показалось. Хотелось движения, какого- то мясца и эмоций. И вот апофеоз- исповедь отца Александра, музыкальный номер- где украинское пение перемешано с музыкой из Лебединого озера, которое же "дичь просто"- по словам самого Петра, и мультиоркестр, под который Чайковский вопрошает про свои часы, и буквально в истерике заходится, чтобы их ему отдали.
А я сегодня дочитывала Головоломку Гаррос-Евдокимова... А там- все как в спектакле. И все безумие ситуации, и понимание, что все не так и все не те... И эти звуки отовсюду, и уже так хочется тишины, и Петр весь уже как намагниченный, гуттаперчевый мальчик, пытающийся полностью забраться в эту свою шапку- невидимку, чтобы никого не слышать, не видеть, чтобы ему не докучали и не мешали...
Во втором действии вдруг все облачаются в чёрное- сам Петр Ильич будет дирижировать в церкви свое новое.... Это такой Модерн в вечерних платьях- и буквально все преображаются- с грустно- постными минами мы пришли послушать гения. "Но нет, нет! Вы только не подумайте! Ведь все будут в восторге от вашего шедевра, Петр Ильич!"
Жена Чайковского /Анна Воркуева/, эта ундина- утопленница, сумасшедшая, с запутанными водорослями в волосах! Вот она! Вот она действительно одна по- настоящему любит его.... сильно! Очень!
Отец Александр, суетящийся со стульями и не знающий, кому первому угодить.... и становой пристав /Сергей Бадичкин/,появившийся как Дон Корлеоне, только без кресла, и дети- эти прообразы белого и черного лебедей....
Сочно и превосходно была сделана сцена с Моцартом /Филипп Ершов/- и опять волшебная игра со светом, и Амадеич, пьющий ангри бердс (?) с располосованной грудью... жутко похохатывая...но с падшими ангелами- как мне показалось, опять же- перебрали.... А если бы нет- тогда душа в этот момент просит жесткого слэма и трэшметалла!
И черт возьми- Иван Кушнир! И Александр Созонов! Это- тандем!
Но вот дело движется к финалу- а он, как и ожидалось, в духе театра Ермоловой- ни в чем нет смысла, кроме самой жизни: ни в золотых часах, ни в серебряных. "И где тот Берлин... и где та Вена... и Где та Европа"....
Чайковский открывается в спектакле совсем иной- болезненный, страдающий бессонницей, ищущий уединения, хотя и раскаивающийся во всех смертных грехах на исповеди у отца Александра.
Наверное, все гении- безумны. И им это простительно.
А еще труппа театра очень красиво поет. На таком пении я могу непроизвольно открыть рот и улыбаться как китайский болванчик- идиотик. Но это-Мастерство, оттого и сижу, замерев. Отдельное мерси
звукооператору и светорежиссеру.
А еще с недавнего времени я чувствую особенность рыжих девушек.
На поклонах буквально выпорхнул на сцену вечно молодой Олег Меньшиков...
Пойду, поищу пласт с Временами Года Чайковского.....- мне кажется- пора.....
