Чтобы иметь репутацию человека пьющего, «потреблять» надо много и упорно, а вот читательница канала «Московские истории» Елена Горская заработала репутацию пьяницы без всяких, можно сказать, со своей стороны усилий. И где — в родной семье!
В 1974 году я поступила на работу во ВНИИ документоведения и архивного дела (ВНИИДАД). Работала я в хоздоговорном отделе. По тем временам вещь, по-моему, невиданная и неслыханная. Для нашего отдела институт арендовал большую комнату в подвале Историко-архивного института на улице Забелина. Занимались мы внедрением разработок нашего института в организации и на предприятия. Мы заключали напрямую хоздоговоры, то есть зарабатывали "живые" деньги. Сразу хочу сказать: нам от этого ничего не перепадало. Даже при распределении премий мы получали все на общих основаниях.
Работа была довольно нервная, связанная с потаканием вкусам и запросам заказчиков. В отделе мы сидели редко, все вместе собирались в конце рабочего дня, чтобы отчитаться о проделанной работе и наметить план на завтра. Было принято: если у кого-то выдавался особо тяжелый день, он покупал на всех пол-литровую бутылку вишнёвой наливки — на шестерых! На каждого приходилось по рюмке. Все наши жили далеко от работы, и пока ехали до дома, даже запаха не оставалось. А я жила на улице Чернышевского (Покровка). Самым медленным шагом 15 минут ходу. А дома непьющий муж начинал точить меня, как ржа железо:
- Ты пила, ты опять пила, сколько можно тебе говорить, чтобы ты не пила!
Иногда он жаловался своей любимой тёще, моей маме. А она, прекрасно зная ситуацию, примирительно отвечала:
- Вадим, ну что вы так переживаете! В каждой семье должен быть свой алкоголик. В вашей - это жена!
И вот как-то иду домой в глухой тоске, понимая, что сейчас начнется, и придумала шутку. Как мне показалось, очень веселую. Так увлеклась продумыванием деталей, что уже ничего вокруг не замечала. Вошла в квартиру, в прихожей плюхнулась на калошницу и дурным голосом заорала:
- Вадька! Ну-ка, скидавай с меня сапоги! Я пьяная пришла! (Дальше должен был последовать сюрприз: это шутка! Все счастливы, я реабилитирована. Но до счастья дело не дошло).
Из комнаты вылетел муж: глаза горят, усы торчком и шипит:
- Ты сошла с ума! У нас люди!
Оказалось, к нему сослуживицы пришли. Я тихонько, бочком, просочилась в комнату и начала лепетать, что это я просто пошутила... Но было поздно. Репутация моя рухнула безвозвратно.
В 1976 году мы с 6-летним сыном летом собрались большой компанией с детьми ехать в Анапу. Муж был занят на работе, отвезти нас в аэропорт не мог, поэтому я вызвала такси, и мы поехали. В то время детям можно было сидеть впереди, так что, естественно, Денис уселся рядом с водителем. Ребенок он был невероятно общительный, и они с шофером обсудили все на свете. Я ехала сзади молча. По дороге Денис увидел на тротуаре пьяного и сказал:
- Пьяный валяется. Я пьяных ненавижу!
А водитель ему так сочувственно:
- Что, парень, небось, папка пьет?
В ответ Денис очень гордо заявил:
- Нет! У меня папа не пьет! У меня мама пьет!
В Анапе прилетевшие раньше друзья сообщили, что они нашли чудесный пивбар неподалеку, под названием "Ракушка". Договорились все вечером пойти туда. Пришли. Детей посадили за отдельный столик, попросили налить им морс в маленькие пивные кружки (как у взрослых!), а их за это умоляли хотя бы полчаса к нам не приставать. Все прошло нормально. На следующий день мы с Денисом поехали на рынок за фруктами. Рынок был совсем маленький, три ряда, торговали местные бабушки всем со своего сада-огорода. И вот ходим мы от одной бабушки к другой, Денис хорошенький, в нарядном костюмчике, бабки его стараются угостить, что-нибудь протягивают. Он нежным голоском всем говорит: "Спасибо! Спасибо!" Ножкой шаркает, улыбается... Не картина, а мед с малиновым сиропом! Бабушки умиляются, я млею. И тут я говорю:
- Ой, как жарко, Денис! Сейчас бы мороженого...
В ответ Денис чуть ли не хриплым басом заорал:
- Да ну это мороженое! Пивка бы сейчас!
Бабушки остолбенели, я схватила мелкого за шиворот и пулей выволокла с рынка. Малый брыкался и верещал, что он ничего особенного не сказал. Дескать, вчера же им было можно! Пиво мы больше не пили и на тот рынок не ездили.
Еще о работе: «Робинзон Крузо был женщиной!» и о семейной жизни: "Мотоцикл до весны стоял в нашей 8-метровой комнате".