Михаила Гиляровского называют летописцем Москвы. В своей книге «Москва и москвичи» он подробно описал столичную жизнь с середины XIX до начала XX столетий. Чтобы передать атмосферу позапрошлого века, рассказал и о купцах, и о пожарных, и о художниках.
Темы брадобреев коснулся в главе «Булочники и парикмахеры». Как работали барберы во времена, когда и электричества толком не было?
Половина лучших парикмахерских в Москве принадлежала французам. Автор отмечает, что западная культура в стране как раз и прививалась «только наружно» – через парикмахеров и модных портных.
«И старается французик из Бордо около какого-нибудь Лёньки или Серёньки с Таганки. И так-то вокруг него извивается, и так-то наклоняется, мелким барашком завивает и орет:
— Мальшик, шипси!»
Металлические щипцы тогда нагревали на огне. Без ассистента с ними было не управиться.
В парикмахерскую заходили не только подстричься. Молодые щёголи из купеческих семей наведывались сюда набираться манер у французов, чтобы потом покорять невест.
Думаете, исторические события влияют на работу парикмахерских только в наше время? Так было и 150 лет назад.
Например, 1860-е стали золотыми годами для столичных цирюлен. Только отменили крепостное право. И помещики шиковали здесь на выкупные – деньги, полученные за крестьян.
После убийства царя Александра II, с марта 1881 года, московские парикмахерские не работали. Все столичные дворяне носили траур и волосами не занимались.
По наблюдениям Гиляровского, модные парикмахеры тогда прилично зарабатывали. Тарифы на стрижки никто не контролировал.
«Стригут, бреют и карманы греют!» — острили тогда про французских парикмахеров.
Конец этому положил цирюльник Артемьев. Он открыл большой мужской зал на Страстном бульваре и написал объявление: «Бритье 10 копеек с одеколоном и вежеталем. На чай мастера не берут».
Вежеталем тогда называли спиртовое средство с отдушками для смачивания волос (с французского это слово переводится как «растение»). И к Артемьеву повалила публика среднего достатка. При парикмахерской он даже открыл «депо пиявок».
Подробнее о пиявках и о том, как звали лучших парикмахеров той эпохи, можно прочитать у Гиляровского.