Исследование показало, что некоторые медикаменты для лечения бессонницы увеличивают риск деменции у белых людей. Нужно кое-что учитывать.
Ученые изучали данные около 3000 пожилых людей без когнитивных отклонений, которые жили за пределами домов престарелых, в течение 9 лет. Средний возраст участников исследования 74 года: 42% были темнокожими и 58% светлокожими. У 20% от всех добровольцев развилась деменция. Но белые участники, которые «часто» или «почти всегда» принимали снотворные (например, «Z-препараты» – с содержанием золпидема), имели на 79% более высокий шанс развития деменции.
Вред снотворного
«Различия могут быть связаны с социально-экономическим статусом», — говорит главный автор работы Юэ Ленг из Департамента психиатрии и поведенческих наук UCSF и Института неврологии Вейля, США. «Чернокожие участники, у которых есть доступ к снотворным, могут быть избранной группой с высоким социально-экономическим статусом и, следовательно, большим когнитивным резервом, что делает их менее восприимчивыми к деменции. Также возможно, что одни снотворные, [в целом, имели больший риск для человека], чем другие».
Исследователи обнаружили: белые в 3 раза чаще, чем чернокожие, принимали снотворное. Светлокожие участники почти в 2 раза чаще использовали бензодиазепины, прописываемые от хронической бессонницы, в 10 раз чаще принимали тразодон (антидепрессант), иногда выписываемый в качестве снотворного, а также более чем в 7 раз чаще принимали «Z-препараты» (золпидем – седативное средство).
Проблемы со сном
По словам Юэ Ленга, в то время как будущие исследования должны внести ясность на счет когнитивных рисков и роли расы, пациенты с плохим сном должны подумать и проконсультироваться со специалистом, прежде чем принимать соответствующие медикаменты.
“Первый шаг — определить основную проблему. Если это апноэ во сне, то нужен специальный тест”, — отмечает Лэнг. “Если диагностирована бессонница, когнитивно-поведенческая терапия (КПТ-i) является первостепенным лечением. Если необходимо использовать лекарства, мелатонин может быть более безопасным вариантом. Но нужно больше доказательств и информации, чтобы понять его долгосрочное влияние на здоровье”, – заключила эксперт.