Предыдущая глава тут
Дневник Светы
«Ну наконец-то я приехала к папе! Как меня достала Женька, просто ужас! Лезет все время, как липучка! Как будто мне с ней интересно. И чуть что психует. А потом удивляется, что я с ней играть не хочу. Уж лучше я с Таней и Полиной дружить буду: им хоть и 6 лет, а мне 12, но они хорошие. Как будто сестры мои. Вот почему мама не родила мне таких сестер, а родила эту истеричку? И вообще, почему мама развелась с моим папой и женилась на Вадиме? Он ведь ее так любил… А сейчас вообще, взяла и уехала в этот противный Питер! И меня хочет забрать. А я туда не хочу! Мне нравится моя школа, и я не хочу уезжать от папы. Но если я останусь тут, то не буду видеться с мамой… Блин, ну что выбрать, я не знаю… Наверное, я все-таки поеду туда, но не надолго. На год. А потом вернусь в Томск и буду жить здесь, с папой. Да, я так и сделаю. Хочет мама жить в своем Питере, путь живет со своей Женечкой и Вадимом. А у меня здесь все: папа, бабули, тетя Юля, Таня и Полина, одноклассники. Как я с ними расстанусь? Там-то у меня точно друзей не будет. Еще и смеяться будут надо мной все из-за этих дурацких пятен. Жирафом обзывать. Вообще, откуда у меня взялись эти пятна? Ненавижу их. Врачи говорят, что их очень трудно вылечить. Мы с мамой пробовали, но ничего не получилось. Только новые появляются и появляются. Я очень из-за них переживаю. Вдруг в меня из-за них никто не влюбится? Мама говорит, что влюбится обязательно, что главное - внутренний мир, что он делает человека красивым… Конечно. Ей-то легко говорить, у нее нет пятен, она красивая. Мамочка, как же я по тебе соскучилась… Поскорее бы ты приехала. Или я к тебе.
Папа, конечно, хороший, я его люблю. Но я так по тебе скучаю… И по Вадиму с Женькой… Вот бы все было как раньше, мы бы жили все вместе, в Томске. Я бы даже постаралась не ругаться все время с Женей, хотя это очень трудно сделать… У нее такой противный характер! У меня, конечно, тоже. Но я, по крайней мере, не психую чуть что, не дерусь и вещи не кидаю. Ладно, мне надо уроки делать. 6 троек за четверть выходит! А чтобы в Питере меня взяли в хорошую школу, надо, чтобы оценки хорошие были. Папа так переживает, что опять начал курить, хотя бросал. Вечно я всё порчу».
Глава вторая
Света
- Наталья Александровна, ну можно как-то изменить оценку по литературе? - умоляюще спросила Света, наматывая на палец длинную прядь каштановых волос.
Пять троек, не без помощи папы, удалось исправить, но вот с учительницей по литературе никак не получалось договориться. Почти всю последнюю четверть Света просидела на больничном и пропустила несколько важных сочинений. Можно было бы их, конечно, написать дома… Но так лениво. И читать совсем не хотелось… Вот то ли дело компьютер! Там интернет, «в контакте», «одноклассники», «SIMS», наконец. И казалось, что еще полно времени … Оказалось, что казалось.
- Николаева, ты думаешь, мне хочется читать не одно, а сразу пять твоих сочинений? И еще пятьдесят пять чужих? Много вас таких, «на потом откладывающих», накопилось. Скажи спасибо, что не два у тебя за четверть выходит. И так пожалела. У меня экзамены на носу, дочь школу оканчивает, сын женится! И вообще: надо отвечать за свою безответственность.
- Ну Наталья Александровна, - Светин голос задрожал от слез, - пожалуйста. Меня папа убьет… Я бы и написала вовремя, но не умею я эти сочинения писать... Мама в Питер уехала – помочь не может. Если у меня плохие оценки будут – меня в хорошую школу не возьмут. Ну вы же добрая, хорошая…
- Ух ты, как заговорила! Умеешь быть вежливой, когда надо. Теперь-то демонстративно из дневника страницу с двойкой за домашнее задание вырывать не будешь, да? – учительница иронично посмотрела на стыдливо склонившую голову Свету. – А на жалость давить мне не надо. Мама у нее в Питере. Чем, интересно, мама твоя думает – детей на отцов оставлять… Ладно, на вот тебе список литературы – тут пять произведений. Чтобы к концу недели у меня на столе лежало пять сочинений. Хоть одно будет отсутствовать – ничего исправлять не буду, даже и не проси.
- Спасибо, Наталья Александровна! – затараторила Света, - я все сделаю, честно- честно! Прямо сейчас в библиотеку пойду и возьму книги. Спасибо, спасибо, спасибо!
И убежала, только и видели ее!
***
Возле дверей библиотеки она столкнулась с Валерой из 6 «Б». Он давно ей нравился, но заговорить с ним она не решалась. Точнее, пыталась, но каждый раз словно слова все из головы вылетали, да и вообще дар речи пропадал.
- О, Света. Ты ведь Света, да? – дружелюбно обратился к ней мальчик. Валера был очень симпатичный и по нему сохли все девчонки из шестых классов. И некоторые из пятых. Но он при этом не задавался и вел себя со всеми одинаково вежливо, по-дружески.
Света судорожно сглотнула слюну, подступившую к горлу, и закашлялась.
- На, попей, - Валера протянул ей бутылку газводы, купленной в школьной
столовой.
Стараясь не глядеть на него, Света благодарно кивнула и сделала несколько жадных глотков.
- Слушай, тут такое дело… - мальчик явно засмущался, опустил вниз темно-синие глаза и растрепал рукой каштановые волосы на своем затылке. – В общем, я хотел пригласить тебя погулять сегодня.
Света опять закашлялась и умоляюще посмотрела на него. Онемевший язык вдруг ожил, и она простонала:
- О боже, ну почему именно сейчас!!!! Ну почему???
- Да ладно, - расстроенно махнул рукой Валера, по-прежнему не глядя на нее. – Я всё понял. Извини за беспокойство.
Развернулся и собрался уйти. Света торопливо схватила его за руку.
- Подожди, пожалуйста! Я правда не могу. Не сегодня. У меня вот, - она протянула ему список литературы, выданный учительницей, - надо до пятницы пять сочинений написать.
Валера повернулся. Его синие глаза сияли. Света покраснела и, посмотрев на свою руку, спрятала ее за спину.
- Хорошо, - улыбнулся Валера. – Дай мне знать, когда освободишься. Ок?
Света кивнула и скрылась в библиотеке. Прислонившись спиной к двери, она закрыла глаза и стала глубоко дышать, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
Прижав к груди руку, она застыла на несколько секунд. Старалась запомнить это ощущение – тепло чужой ладони в своей ладони, касание прохладных пальцев. Затем вытянула руку и внимательно рассмотрела. Кисть была смуглой, только пальцы – белые по всей длине, до самых костяшек и чуть дальше их. Словно на белоснежную кисть была надета перчатка без пальцев из тончайшей загорелой кожи. Так проявлялось витилиго – редкое заболевание, которым страдала Света. Некоторые участки ее кожи наотрез отказывались быть смуглыми и загорать из-за нарушения пигментации, причину которого врачи не могли выяснить. И, следовательно, вылечить. А пятен становилось всё больше… Особенно, когда выглядывало солнце.
Света сжала пальцы в кулак, поднесла к губам и грустно вздохнула.
***
В библиотеке никого не было. Столик, за которым обычно сидела библиотекарь Валентина Петровна, пустовал. Разбросанные как попало формуляры наводили на мысль, что Валентина Петровна убежала куда-то в большой спешке.
- Ну ладно, - небрежно произнесла Света. – Поищу пока сама, что зря время терять.
И направилась прямиком к стеллажам с книгами.
- Так, что тут у нас, - бормотала она, поглядывая то на список литературы, то на книжные полки, - Джек Лондон… ага – вот он! Теперь надо найти «Повести Белкина»… Вот и они. Блин, я же их уже читала вроде! Только не помню ничего… Что тут осталось… Астафьев… Ой, что это! Горячо!
Света резко остановилась, отдернула руку и удивленно уставилась на книжную полку. Среди книг, расположенных стройным рядом, совершенно очевидно выделялась одна. Дело было не в том, что она была выше или толще других. Нет, это была совершенно обыкновенная книга, такая же, как другие. Вот только от нее исходило странное белое сияние.
Света подула на обожженные пальцы, недоверчиво взглянула на книгу и отошла, от греха подальше, к другому стеллажу. Подняла глаза в поисках очередного произведения из списка и замерла: странная сияющая книга вновь оказалась прямо перед ней.
- Что за… - озадаченно прошептала Света.
По спине пробежал холодок. Сердце вновь начало колотиться быстрее, чем ему следовало, а мозг отчаянно потребовал покинуть библиотеку. И чем быстрее, тем лучше. Света решительно двинулась к двери и дернула ручку. Дверь была заперта.
- Да что это такое! – испуганно воскликнула она. – Что здесь происходит!
Взгляд ее упал на библиотекарский стол. Среди разбросанных формуляров лежала сияющая белая книга. Света нерешительно сделала шаг в сторону стола. Книга начала пульсировать, словно внутри ее билось самое настоящее сердце. Не осознавая, что она делает, Света подошла к столу и дотронулась до книги. На этот раз она не обожглась, хотя сияющая поверхность и была очень теплой. «Живой», - с ужасом подумала Света.
Она осторожно открыла книгу. На белоснежном листе были нарисованы два дракона, сцепившиеся в схватке. Один был угольно-черным, второй – ослепляющим золотистым. Из ноздрей их валил дым, морды искажал жуткий оскал, словно каждый готов был впиться острыми зубами в шею противника. В какое-то мгновенье Свете показалось, что она слышит, как крылья их рассекают воздух, а хвосты мощными ударами хлещут друг друга по поджарым бокам.
Под рисунком была надпись:
«Все знанья, что хранятся в этой книге,
Впитай в себя и позабудь до той поры,
Когда потребность в них тебя коснется».
- Ерунда какая-то, - вслух произнесла Света. – Надо как-то выбираться отсюда.
Попробовала пошевелиться, но не смогла. Попробовала отдернуть руку, всё еще касающуюся книги, но та не слушалась. Напротив, рука, словно решив отныне жить сама по себе, своевольно перевернула страницу. А вторая рука также своевольно протянулась к книге, взяла ее и поднесла к Светиному лицу.
Света увидела совершенно незнакомые ей странные знаки, похожие на иероглифы. Тем не менее, незнание этого вида письма абсолютно не мешало ей понимать всё, что она читала. Понимать, и тут же забывать. Более того, неизвестные иероглифы, после того, как она их прочитывала, приподнимались и таяли в воздухе, оставляя под собой безупречно белые листы. Света перелистывала страницу за страницей, вбирала в себя слово за словом, не в силах оторвать глаза от странной книги. Время словно остановилось, застыло. Весь окружающий мир перестал существовать для нее.
Она была настолько поглощена чтением, что не заметила тень, мелькнувшую между стеллажами.
Когда, наконец, книга отпустила Свету, она упала на библиотекарский стол совершенно опустошенная. Странный фолиант перестал сиять и пульсировать. Мирно покоился в ее руках, как самая обыкновенная книга. Но у Светы не было сил обратить на это внимание.
Внезапно за ее спиной раздался шорох. Света обернулась – никого не было. Стало жутко – даже волоски по всему телу встали дыбом. Света прижала книгу к груди и попыталась встать. Поначалу ноги не слушались, но после нескольких попыток ей удалось принять вертикальное положение и даже сделать пару шагов в сторону двери.
И тут на нее налетел черный вихрь, сбив с ног. Света упала и увидела над собой плотную черную тень, похожую то ли на ящерицу, то ли на дракона. Она захотела закричать, но крик застрял где-то глубоко внутри, перекрыв и дыхание. Тень зловеще оскалилась и прошептала голосом, от которого бедное Светино сердце перестало биться:
- Отдай мне книгу, девочка!
Сама не зная, почему, Света прижала книгу крепче к груди и отрицательно помотала головой.
Тень оскалилась еще зловещее и предупредила:
- Я все равно заберу ее у тебя, хочешь ты этого или нет.
И начала кружиться вокруг Светы. Сначала медленно, потом быстрее, быстрее, пока, наконец, не превратилась в настоящий смерч. С полок начали падать книги, библиотекарский стол перевернулся, свет внезапно погас. Крик, застрявший в Светином горле, наконец, вырвался и оглушил ее саму.
Было так страшно, что Света не выдержала, выронила книгу и обхватила голову руками, прикрывая уши и продолжая кричать. Книга раскрылась и опять засияла. Смерч стих и снова превратился в черную тень. Бросившись к книге, эта тень жадно впилась взглядом в белоснежные страницы.
- Но тут ничего нет, - зло зашипела она.- Куда делось предсказание??? Куда???
- Отвечай, что ты сделала с книгой, - тень набросилась на Свету. – Отвечай, или я тебя сейчас уничтожу, мерзкое гномье отродье!!!
Света, дрожа от страха и сдерживая слезы, попыталась отползти от тени, но та преследовала ее, не переставая шипеть. Внезапно Светины пальцы нащупали теплые страницы. Повинуясь интуитивному порыву, она подтянула книгу к себе, схватила, не закрывая, прижала к груди и… исчезла вместе с ней, осветив библиотеку белой вспышкой.
Тень негодующе завыла и неистовым вихрем вылетела через открытую форточку, опрокинув книжный стеллаж.
В наступившей тишине раздался взволнованный голос:
- Что там происходит? Что за шум, откройте сейчас же!
Кто-то пытался открыть дверь снаружи. Когда дверь поддалась, на пороге возникла испуганная Валентина Петровна. Увидев разбросанные книги, перевернутую мебель, она схватилась за сердце и только и смогла вымолвить:
- О, боже…