Глеб с младенческих лет был фанатом всякого рода компьютерных изделий и приставок. Санёк помнил знаменитый пресловутый «ZX Spectrum», который он, собственно, и видел-то первый раз в жизни именно в комнате приятеля, который потом таскал его на местный блошиный рынок на Сталинградку, покупать магнитофонные кассеты, на которых были записаны игры для этого игрового чуда того времени. В них всё изображалось пунктирами, точками и квадратиками на нелепо мерцающем зелёным светом старом цветном телевизоре.
Потом были Super Nintendo, Sega Mega Drive, ну и, наконец, конечно царица игровых консолей «Sony Play Station», разных поколений, которую уже никто не смог переплюнуть по популярности. Ну и конечно - персональный компьютер, начиная с Pentium 386, Norton Commander, и заканчивая виртуальными машинами с искусственным интеллектом. Санёк никогда не разделял любви Глеба и Спича к компьютерным играм, ему больше нравилось живое общение, пиво и драйв. Глеб же мог погружаться в компьютерный виртуальный мир на неделю, месяц и проходить одну игру за другой, гонять на машинах в Need for Speed до тошноты, строить города в стратегиях, бродить по RPG и мочиться в Mortal Kombat, Tekken и Wargods. Санёк никогда не мог понять в чём прикол и до какой такой степени можно погружаться в вымышленную реальность. Ему быстро становилось скучно, да и играл он надо сказать весьма посредственно, в гонках всегда проигрывал, только и умел что кричать «тормоза для трусов» и врезаться во всё подряд.
Единственное, что у него получалось по-настоящему хорошо, так это это биться за Анубиса в Wargods. Он изучил комбинацию пальцев, которой ловко выходил на супер приём, когда Анубис проваливался под землю, выныривал и мочил любого персонажа этим незатейливым приёмчиком и ещё парой других, которые применялись пореже. Анубисом он расправлялся даже с самыми великими игроками, под их непримиримое негодование и изощрённые попытки победить непобедимого египетского бога подземного царства с собачьей головой. Со временем валил всех противников Анубисом Санёк даже на спор, с закрытыми глазами. А что туда больно смотреть-то? Набор клавиш он один и тот же.
Смотреть как другие часами мочатся в игрушки и только перезаряжают патроны в виде пивных баклажек, Саньку было скучно, он изнывал, ожидая, когда тем надоест, но им почему-то не надоедало. В такие длинные дни Санёк любил поболтать по бесплатному домашнему телефону, пока друзья-приятели зависали в компе или приставке. Санёк, сытый и довольный как лев, потягивая пиво лежал на мягком диване в гостиной, пока друзья рубились в комп и вальяжно кайфуя и балдея, радовал знакомых тем, как ему хорошо. Он набрал знакомый телефонный номер и с удовольствием услышал недовольный голос Мыша, какой бывал у того только при отсутствии спиртного и денег на его приобретение.
- Алло! - голос явно был не в восторге от беспокоящего его назойливого телефонного звонка.
- Ага, здравствуй, Мышь, что-то ты какой-то напряжённый, загрустил чегой-то? Али обломался с чем?
- Да как тут не напрячься, третий день ни капли во рту, ни денег, ни выпивку, полный голяк.
Санёк с удовольствием хлебнул прохладного пивка, рыгнул и затянулся сигаретой, расслабляясь от приятных волн удовольствия. Он представлял себе мающегося Мыша и от его нелепого вида становилось тепло и весело. Как всё-таки хорошо, когда другим плохо.
- А мы вот тут взяли пивка свежего. Как ты там говорил «пальчики оближешь, а запах…м-м-м-м», холодненькое, просто люкс, вот лежу, балдею.
Он припомнил Мышу ситуацию, произошедшую неделю назад с точностью до наоборот. Тогда Мышь банковал, а он сосал лапу и маялся. В тот момент подлый Мышь не поленился, позвонил и так вкусно и аппетитно расписывал ему по телефону, как он пьёт пиво с раками, да в прихлёбку с водочкой, что Санёк тогда твёрдо решил выбрать момент и отомстить ему. Момент справедливого возмездия настал.
- Да, и почём взяли? – поинтересовался Мышь, без всякой надежды, так ради приличия.
Дальше Санёк произнёс эпохальную фразу, которые бывают только раз в жизни и ставшую потом нарицательным афоризмом на долгие годы во всех близлежащих районах.
- Да по рублю за кунь!
-По рублю за что?
- За кунь!
- За кунь?
- Да, за него, родимый!
Тут оказалось, что Глеб со Спичем вышли покурить и слышали весь разговор Санька с Мышом и ржали над этими рублём и кунём. Даже Мышь, весьма недовольный отсутствием алкоголя оценил шутку юмора и тоже смеялся, все повторяя в трубке телефона:
«Ха-ха, по рублю за кунь, придумаешь тоже» и «А какой он, этот кунь?»
Эта удивительная, новая, выдуманная мера любой жидкости и одновременно валюты всех стран, «кунь», которая была такой же достойной, как талант, локоть или амфора в древние времена, долго ещё вызывала спазмы хохота и даже стала частью молодёжного слэнга наряду с другими неологизмами, возникающими в определённом социуме.