— Всё.
— Закончил спринт?
— Нет. Вообще — всё.
Отец вытащил один наушник, обернулся, вопросительно поднял бровь:
— Что случилось?
— Просто не хочу. Прогать. Кодить. Работать. Не хочу. Не сяду больше за этот стол!
— Да что стряслось-то? Ты же только что какие-то статейки читал по оптимизации. Не получается что-то?
— Всё получается. Но я ничего не хочу.
Отец примирительно поднял ладонь:
— Кип калм. Давай ты спокойно объяснишь, что…
— Да ничего. Просто достало. Сидеть не разгибаясь, постоянно эти ревью, ресёрчи…
— Не задаром же. Кто из твоих сверстников может пойти и Порш купить?
— При чём тут сверстники? Дело не в них, дело в моих… во мне…
— Что в тебе такого случилось? Недельку поработал сверхурочно и сник? Я в твои годы не за столом навороченным сидел, с пуэром в чашечке, а пахал…
— В подсобке! Знаю я!
— Что тебе тогда не нравится? Может, стул не нравится за сто косарей? Или Макбук за пол-ляма? Чтоб я в твоём возрасте столько получал. Любая хотелка…
— В том-то и дело — любая хотелка. Твоя хотелка, не моя! Это ты хотел, чтобы я стал программистом, ты мне ещё в коляску картинки с нулями и единичками подсовывал…
— И что тебе не нравится? Что работаешь головой, а не руками? Что ты разъезжать можешь по всему миру, и в офисе не надо отсиживать с восьми до пяти? Что тебе платят, как царю, когда ты ещё универ не закончил?
— Мне не нравится, что ты меня ко всему этому толкал, всю жизнь! Может, я чего-то другого хотел, вообще другого!
Отец покраснел — краснота поднялась от шеи, залила подбородок, щёки, — встал из-за стола, открыл рот… Сжал пальцы. Резко выдохнул.
— Так. Сын. Ты просто переработал. Такое бывает. Сходи проветрись. Я тебе всегда говорил, надо отдыхать вовремя…
— А ещё ты говорил, что, пока я отдыхаю, кто-то идёт вперёд.
— Сын. Проветрись.
— С чего такая щедрость? То «никаких гулянок, пока курс на Степике не закроешь», то «иди проветрись»?
— Это разные вещи…
— Конечно, разные! Сейчас мне даром не надо никакого «проветрись»! А тогда, когда мне хотелось, ты мне не давал. Кто говорил мне — забей на все эти игрушки, Контру, Марвелы, учись, пока другие развлекаются?
— Зато сейчас ты сам можешь написать игру не хуже Контры своей!
— А мне не нужно сейчас, понимаешь? Не нужно уже! Всё, проехали, проебали! Всё детство! Всё время, когда нормальные дети ходят в школу, тусят, курят, влюбляются, я из-за тебя просидел за компьютером!
Отец растерянно потёр глаза, нажал пальцами на веки. Тихо произнёс:
— Так ведь тебе самому нравилось.
— Пока ты не начал заставлять!
— Так ведь ты сам спрашивал, чем я занимаюсь, про рефакторинг, про языки…
— Да, спрашивал! Любой нормальный пацан у отца спрашивает, кем тот работает. Только не каждый отец начинает разъяснять с простынями кода, не каждый садится на шею, начинает всё это вколачивать…
— Да что я в тебя вколачивал? — расстроенно, яростно вскинулся отец. — Я хотел только, чтобы ты пощупал программирование, понял, твоё это или нет. Это же деньги, сына, в какой области ты бы смог так прокачаться, так заработать в таком возрасте? Да твой Володька душу бы продал, чтобы на твоём месте оказаться!
— Это я бы душу продал, чтобы у меня был нормальный отец, как у Володьки! Чтобы гулять, чтобы готовить вместе, чтобы, не знаю, в танчики гонять! А не вот это вот «давай закажем пиццу и устроим хакатон на двоих»! Видал я эти твои хакатоны знаешь где?! Нормальные отцы с детьми в мяч играют, а мы во что играли? Кто больше поднимет за месяц?
— Так почему бы тебе раньше не сказать было: не хочу, хватит! Чего ждал-то?
— Не знаю, чего ждал. Может, боялся, что мама расстроится, если мы начнём ругаться!
— Мама расстроилась бы, если бы ты нищебродом стал подзаборным! Если бы ты тусить и курить начал, идиот! — Отец опёрся о стол, скрестил на груди руки. — Обернись хотя бы, когда с отцом разговариваешь!
— Обернись? Ты меня обернуться просишь, а сам хоть бы наушники из ушей вынимал, когда я тебя о чём-то спрашиваю! Уткнулся в свой ноут, и всё, всё по боку, задачки-задачки-задачки, коллеги же ждать не будут, а сын подождёт, и жена подождёт, и вообще всё подождёт, только код-ревью посреди ночи ждать не будет, так? Коллеге же срочно надо, он там нервничает…
— Повернись ко мне, Саш. Пожалуйста.
Рабочие столы в кабинете стояли друг против друга; расстояния между ними едва хватало для двух стульев. Отец всё ещё стоял, прислонившись к своему столу. Руки дрожали. Он шагнул вперёд, попытался положить ладонь на плечо сыну.
Сашка зажмурился. Резко повернулся на кресле, взмахнул рукой, яростно отталкивая отца.
— Отвали!
Вскрик. Грохот.
Он распахнул глаза и успел увидеть, как отец поскальзывается на исчирканном колёсами пластиковом ковре-подложке, как неловко дёргает руками, хватаясь за воздух; теряет равновесие, падает и затылком ударяется прямо об край стола.
Автор: Дарина Стрельченко
Больше рассказов в группе БОЛЬШОЙ ПРОИГРЫВАТЕЛЬ