Марышка затароторила, размазывая слёзы кулаками. Про то, что ведьма. Про то, что напала, пока никого не было. Про то, что высосала...
- Так ты ж ходишь, жалуешься, а она лежит?
- Так её рогатый...
Староста обернулся к демону, руки за пояс расшитый заложил:
- А ты чего скажешь, рогатый?
Демон хмуро, чуть исподлобья глянул на бородатого мужика:
- Маг не трогает людей. Она вся в шрамах оттого, что ей нельзя напасть на человека. Я её спасал много раз, потому что ей ударить человека — невозможно!
- Так что, по-твоему, Марышка врёт?
- Я пришёл поздно, не видел всего. Только мага мне опять лечить, а Марышка здорова.
- Так может быть, Марышка просто сильнее? - староста прищурился на демона. Демон вздохнул, дёрнул себя с досады за фенечку на ухе и вдруг повернулся к Йанко:
- Йанко, когда ты облысел?
Тот растерялся:
- Ну...
Из толпы подсказали со смехом:
- Да на новье! Когда третий листок праздновали, и Леничка его за тыквами послала, мол, лысый да старый!
Люди засмеялись. С облегчением, будто тучу страха и зла расправы прорвали солнечные лучи.
- Ну да, - почесал затылок Йанко. И покраснел, неловко косясь на Леничку. Лекарка тоже покраснела. Она поддерживала голову мага, и старалась смотреть только на неё.
- А когда тебе зубы сделали?
- Тогда и сделали, дня за три. Я ещё всё хотел брювстов новыми зубами...
- И вода в погреб тогда же пришла, так, Йанко?
Йанко смотрел на Марышку, протянул с подозрением:
- Та-а-ак.
Марышка всхлипывать перестала, слушала.
- А у кузнеца Марышка лошадь лечила, а на мельнице младшенький внук приболел, а Онька-заика ногу сломал уже по осени. Нога срослась, вот только постарел Онька лет на десять.
Все уже смотрели на Марышку.
- Я лечила! Я вас лечила! - кричала она, но не вставала.
- А где ты силу для этого брала, дитя?
Леничка тут шагнула к демону, шепнула горячо:
- Не губи! Я вылечила твоего мага, не губи мою дочь!
Демон обернулся и рявкнул:
- Она сама себя погубит! Не могла она, - он махнул на Рене рукой, - Напасть на ребёнка! Только если девчонка сама напала! А она, - ткнул пальцем в зарёванную Марышку, - Она не маг! Где она берёт силу для колдовства?
Марышка накрыла ладонью приколотый уже обратно знак мага. Демон продолжал:
- Да у вас она её берёт. Чтобы лечить одно, тянет из другого, а когда не хватает — из себя берёт. Поэтому не пахнет прекровью, как маг. Нет у неё прекрови!
Это он всё для толпы говорил. Девчонка не понимала, сидела, зыркала на всех снизу, а тут вскочила:
- Нет! Я лечила!
Леничка схватила её за руку, зашептала ей на ухо. Марышка руку выдёргивала.
Вышибала постоялого двора придвинулся, встал рядом с ними. Хмурый, смотрел на каждого из толпы, переводил тяжёлый взгляд с одного на другого, поводил плечами. Каждый понял: если что, он сначала ляжет, а потом уж доберутся до его Марышки.
Тут заговорил Славо. Его сильный голос мощно заполнил двор и тяжёлой плитой решения словно придавил каждого во дворе:
- У меня есть раненый в ближниках. Если девка лекарь, то пусть она его вылечит, а мы посмотрим, как она это делает. Если вылечит, я с Варов возьму троих, а не десяток, как князь повелел.
- Куда возьмёшь, воевод?
- Воевать. Вы руку князя держите, вы ему данью обязаны, вот я и пришёл. Людно да оружно собрать.
- Против кого, воевод?
- Напали на нас арьи с южных пределов. Города жгут, деревни с твердью ровняют. Мужчин и женщин в рабство угоняют, детей едят.
В толпе заахали, запричитали.
- Вы, Вары, десятком обязаны. Мой человек стоит десятка, но не могу не забрать совсем никого, троих возьму, если она вылечит.
Маг, лёжа на лавке, прошептала окровавленными губами:
- Леничка! Не позволяй! Умрёт твоя дочь. Надорвётся. Мужика от боевых ран лечить — это не дитя от лихоманки поднять.
- Боги, ты ж помирала...
Маг усмехнулась и снова закашлялась, прижимая к губам ладонь, потом стряхнула её, и капли крови полетели в траву.
- Спасай дочь, меня тебе... не спасти.
Леничка помедлила чуть и встала, крикнула звонко:
- Не дам! Если верно, чего маг говорит, помрёт моя дочь, спасая твоего человека, воевод!
Славо не удивился вслух, только бровь поднял да с ближниками переглянулся:
- Маг, говоришь... А если и помрёт, люди знать будут, кто она и почему померла.
- Дай мне два дня, я отведу его от беды, и мазь дам, и отвар сделаю. Поправится твой человек!
- Если твоя дочь колдует, из себя берёт, я хочу это увидеть. Кто её этому обучил? Как это у неё выходит? В войске такая ведьма нужна будет!
Марышка в панике оглянулась по сторонам. Вышибала вышагнул вперёд, Славо усмехнулся:
- Ишь, защитничек какой статный! Первым под знамя пойдёшь! Такие в войске нужны!
Марышка побледнела:
- Вылечу я твоего человека, Славо, а ты оставишь Реска дома.
Славо усмехнулся, бросил:
- Посмотрим! - и махнул, мол, пойдём. Люди пошли за ним к коням и ближникам воевода. Там лежал на подстеленном плаще воин, то ли раненый, то ли больной.