Когда-то близорукость не совсем считалась болезнью и даже ценилась для определенной профессии.
Аристотель около 350 г. до н.э., вероятно, одним из первых описал близорукость (миопия), правда, его определение было далеким от современного научного. Нил Хэндли, куратор музея в Колледже оптометристов в Лондоне, отметил: мало что известно о том, как люди справлялись с миопией до того, как в XV веке в Европе изобрели первые линзы для близоруких. Есть примеры выпуклых линз XIII века, которые использовались для лечения возрастной потери зрения, известной как “пресбиопия” (сегодня это нечто вроде очков для чтения.) Но долгое время вразумительных технологий не было, говорит Хэндли.
Плохое зрение
Один из первых известных примеров ручной вогнутой линзы появляется на портрете кисти Рафаэля в начале XVI века: художник изобразил папу Льва X, который был членом политически влиятельной и известной своей близорукостью семьи Медичи. «Из-за того, как держится эта линза, вы можете видеть сквозь нее, и художник уловил эффект, который производит стекло», — поясняет Нил Хэндли. «Таким образом, можно сказать, что это отрицательная линза для «человека с близорукостью».
Показатели близорукости резко возросли в последние десятилетия: специалисты прогнозируют, что к 2050 году половина мира может страдать из-за этого недуга. Исследование Колледжа оптометристов показало, что сейчас близорукость более чем в 2 раза чаще встречается среди детей в Великобритании, чем это было 1960-е годы. В некоторых азиатских странах распространенность близорукости возросла еще больше. Врачи все еще пытаются выяснить причину этой тенденции.
Жизнь и история до изобретения очков
Миопия не затрагивала так много людей в прошлом, как сейчас. Относительно позднее изобретение полноценных очков для близоруких позволяет предположить, что лечение небольшого числа людей с близорукостью не считалось приоритетом и что люди не слишком страдали из-за недуга, внося некоторые изменения в образ жизни.
Или, возможно, больше внимания уделялось поиску здоровых людей, к примеру, для работы, а не поиску технологических вмешательств и необходимого лечения, которые сделали бы всех равными, отметил Хэндли. Известно, что люди с близорукостью исторически ценились в ремесленном деле, особенно в средневековых европейских монастырях, где для украшения Библии требовалось делать крошечные, точные мазки.
«Близоруких людей не только не исправляли [лечили], но и поощряли оставаться в своем близоруком состоянии», — говорит Хэндли. «Есть даже свидетельства, что иногда людей почти скрещивали в надежде произвести близоруких детей, которые в будущем [работали бы над] рукописями. Именно так общества приспосабливалиськ тому, что мы называем инвалидностью. [Тогда это не совсем считалось] инвалидностью».