«Снег шёл ночь, ещё ночь и день между ними. Небо затянулось белёсыми облаками. И стало как будто светлее. Недели пред тем не радовали зимней погодой. Слякотило, растеплело и потекло.. И жизнь обернулась хаосом и непоняткой. Резиновые ли сапожки надевать или дома посидеть? Дома не усидишь - дел много. Приходилось выкручиваться - где супруг подбросит на машинке, где хилым общественным прокачусь, где ножками царственными. Промокала, материлась, сопливилась - соответственно оттепели.. И ещё - портилось настроение. Вынутые - сколь оптимизЬма! - из гаража лыжи, санки и коньки. Пока пылились не оприходованными - сначала празднования затяжные. Потом опохмел торжественный. После - температура пошла на ноль. Когда оздоровляться - не понятно.
Позвонила подруга, с таким же хмурым настроем. Позвала в гости. Я подумала, согласилась. Один хрен, где ноги мочить! И тут повернуло на снегопад!
Отзвонилась, отложила. Мол, не пробраться - в посёлке плохо чистят дороги. Она покивала - где-то далеко, на краю области. И догадалась, что у меня наметились более интересные планы. Не обиделась - какое уж.. Повторила, что ждёт и печёт пироги. К выходным!
Планы тоже пришлось сдвинуть - благо расползлось сроками. Я прикидывала - хватило б на санках с горки удобно мчать. Оно, там - в небесном гидромете - выпустило больший транш. В пору снежный городок строить! И нынче я томилась перед окошком и глядела в завьюживание январское. На лыжах пока можно - первопроходцем-полярником. А сани уже увязнут в сугробах. Для коньков надо договариваться с Иванычем - местным всё. И за штоф просить, чтоб почистил поселковый каток. В декабре залили - он уж два раза подтаивал. Иваныч - в свете тов. Зайцев, сторож и верховой - три дня в завязке, имеет надежды исправиться. Главное, магарыч отдать «после».
Снег всё шёл. На диво и радость ребятишкам! Они уж и построили, и накатали, и очистили - без сторожа и трат. Дела стояли. Пироги черствели, в трёх часах езды на джипе, по платке. Груда спортинвентаря намекала на общую расхлябанность и необязательность. Тётенька по телеку обещала осадки до конца недели, начинающейся. Календарь истончал первый месяц года и объявлял смену «режимов и устоев»! В глазах от белого рябило, резало и слезилось. Мелкий, колкий и рассыпчатый лез в ноздри и под платок шейный. Внедорожник складно вяз и барахтался на первом же повороте, моей же улицы. Зайцев не сдюжил и вновь запил - по погодным обстоятельствам! Все нормальные люди и вовсе в городе живут зимой..
Радовало одно. Слякоть, в отношении которой я переживала целых две недели, покинула наш часовой пояс. И теперь стоило поискать другой повод поскорбеть..»