Ветвистая молния расколола голубое небо. Рёв грома прокатился над лесом, ударился о дальние горы и отразился обратно в долину. Ведьма оторвалась от сбора целебных трав, запрокинула голову, откинув волосы. Сегодня они чёрные с красным отливом и светлыми кончиками. Комок тьмы, лежащий в ногах среди срезанных трав, дёрнул хвостом и сверкнул жёлтыми глазищами. Кот протяжно зевнул, будто красуясь огромными клыками.
— Ты это слышал, Асм? — Спросила ведьма, озадаченно оглядывая чистое небо.
— Угу-м. — Лениво ответил кот и вывернулся, вытягивая лапы.
— Это ведь гроза при чистом небе. Разве не странно?
— За последний год случались вещи и страннее. — Заметил кот. — Может, это дракон лопнул.
— А они так могут? — Спросила Аксинья, покручивая крохотный серебряный серп.
— Ну конечно! — Кивая, заверил котяра. — Наберёт полное пузо воздуха, огнём дохнуть, да как икнёт!
— И лопается?
— Ага, как кузнечные меха!
— Скажешь тоже... — Фыркнула ведьма, запоздало сообразив, что кот едва сдерживает смех.
Лес вокруг шуршит листвой на сотню голосов, протяжно поскрипывает. Ветер приглаживает траву на полянке, игриво теребит бутоны диких цветов. Ведьма задумчиво оглядела добычу в виде целой охапки целебных и волшебных стеблей. Хмыкнула и начала перевязывать в пучки плетёными шнурками.
Асмодей поднялся и, вздёрнув хвост трубой, потрусил куда-то в чащу по кошачьим делам. Аксинья проводила взглядом и начала складывать травы в холщовый мешок с лямкой из бычьей кожи, украшенной чёрными рунами. Забросила на плечо и пошла за котом. Асмодей нашёлся у кряжистого дуба, дерущим кору саблеобразными когтями. Махнул хвостом и подбежал к хозяйке, пошёл рядом, то и дело утыкаясь мордой в ноги.
— Ты меня опрокинуть хочешь? — Засмеялась Аксинья.
— Возможно... — Мурлыкнул Асм. — Такова кошачья природа!
— Вот упаду, разобьюсь, кто же тебя кормить будет?
— Как, кто? Маришка!
— А если она споткнётся?
— Ну... — Протянул Асм, подставляя мордочку лучам света, пробивающимся через плотные кроны. — Такой красавец голодным не останется!
— Что, даже аппетит не пропадёт и горевать по нам не будешь?
— Я кот, а не собака!
— Вот как... — Протянула Аксинья, массируя подбородок, двумя пальцами. — И то верно, надо бы собаку завести.
— Но но! Дамочка, где ты видела ведьму с собакой?!
— Вот и будем первые.
Асмодей оскорблённо дёрнул хвостом, потрусил вперёд и замер. Вытянулся, как гончая, поводя ушами и старательно принюхиваясь. Быстро оглянулся на хозяйку, в жёлтых глазищах мелькнула тревога, и прыгнул в кусты. Ведьма охнула, памятуя прошлый загул кошака, когда тот вернулся спустя две недели, грязный и в репьях. Рванулась за ним, ведь именно ей придётся мыть и вычёсывать, а коты ой как не любят воду!
— Асм! Стой, паскуда! Стой, кому говорю! Кис-кис-кис-кыс!
Толстый хвост мелькнул в зарослях, кот скрылся за деревьями и, судя по всему, устремился в чащу. Может, зайца почуял, а может, лесную кошку.
— Кастрирую. — Прошипела Аксинья, уворачиваясь от очередной низкой ветви и перепрыгивая бугристый корень.
Мешок с травами прижала к груди обеими руками. Содержимое никак нельзя сильно трясти, вся магия уйдёт! Лес, такой знакомый и родной, переменился. Ведьма сбилась с шага, озадаченно оглядывая причудливые растения, прежде нигде не виданные. Чуждые ароматы защекотали ноздри. Забыв о коте подошла к одному дереву и провела ладонью по коре. Похоже на акацию, но пахнет немного иначе, рисунок коры другой и форма листьев, самую малость, иная. Наклонилась и подхватила травинку, подступившую к самым корням.
Брови взлетели на середину лба, будто она не умудрённая веками ведьма, а послушница первогодка. Хотя, казалось бы, за прошедший год удивляться нужно было разучиться. Чего только не видела... Дождь снизу вверх, огромных драконов и ангелов, Дикую Охоту мчащуюся впереди шторма. Мир переменился, но вот это выбивается из всех рамок. Будто лоскут чужого мира врезали в лес! Здесь даже воздух другой!
Ведьма сложила пальцы в защитный символ и ощутила лёгкую вибрацию дикой магии. Теперь она готова если не дать бой, то запутать и сбежать.
— Асм! Ты где?
— Здесь!
Голос кота донёсся из-за деревьев, непривычно тихий и даже сбитый с толку. Аксинья поторопилась к питомцу, раздвинула низкие ветви и охнула. Среди высокой травы стоит корзина, а в ней, на простыне цвета дикой вишни, лежит младенец. Крошечный, месяца три, не больше. Он с любопытством смотрит на кота, а тот на него. Синхронно двигают головами и не решаются на большее.
— Что это? — Выдохнула Аксинья.
— Похоже на ребёнка. — Заметил Асмодей, не отрывая взгляда от младенца. — Двери руки, две ноги и... кхм... мальчик, в общем.
— Может, альв? — Предположила ведьма, осторожно приближаясь. — Они любят подбрасывать своих детей.
— Как кукушки. — Напомнил кот, с опаской вытягиваясь к корзинке. — А к нам подкинет только умственно отсталая кукушка. Да тем более вот так, среди леса.
Младенец беззубо заулыбался, протянул ручки, стараясь ухватить Асма за усы. Кот благоразумно отдёрнулся и сел, обхватив лапы хвостом. Ведьма разглядела пронзительно голубые глаза ребёнка, похожие на два сапфира чистой воды.
— Что нам с ним делать?
— Ну... — Протянул кот, крайне бережно протягивая лапу, будто проверяя, не обожжётся ли. — Варианта всего два. Оставить или взять. Тут, кстати, волки рядышком есть...
***
Маришка сложила руки на груди, отчего стала казаться ещё крупнее. Гневно воззрилась на подругу, та потупила взор и развела руками. Корзина с младенцем осталась в соседней комнате. А между ведьмами назревает крайне неприятный и бесполезный разговор.
— О чём ты вообще думала? — Маришка всплеснула руками и уткнула кулаки в бока. — Зачем принесла его сюда?! Отнесла бы в город или деревню!
— А чем это лучше оставления в лесу?!
Аксинья решила не затягивать и сразу повысила голос. Воздух в комнате запах бурей, вот-вот сверкнут злые молнии.
— А что ему делать с ведьмами?! — В тон полыхнула Мари, кудрявые локоны приподнялись от гнева и зашевелились, как змеи Горгоны.
— Здесь будет безопаснее! В городе примут за альва и бросят свиньям или в костёр! Сама знаешь, какие времена.
— Ага, а если прознают, что у нас младенец, живо пустят слух, что мы детей похищаем и едим! Ты опять с инквизицией решила бодаться?!
— Ну и что нам делать-то по-твоему?!
— А я откуда знаю?! Ты заварила, ты и расхлёбывай! — Прокричала Маришка, гневно раздувая ноздри и огляделась. — А где Асм?
Обычно кот, почуяв назревающий скандал, забирается на шкаф и щурясь любуется представлением. Однако, несмотря на накал и готовую биться посуду, хвостатого нет даже на пороге. Ведьмы переглянулись.
— Младенца тоже не слышно. — Тихо заметила Аксинья.
— Может, он его съел? — С лёгкой надеждой спросила Мари.
— Асма?
— Тоже неплохо, заведём рыжего кота... Всегда хотела рыжего и толстого!
Ведьмы на цыпочках вышли из комнаты, заглянули в соседнюю и едва сдержали вздох изумления. Кот лежит в корзине с младенцем, свернувшись калачом и накрыв тому уши лапами. Ребёнок мирно спит, зарывшись лицом в шерсть.
— Ну... вот что теперь-то делать? — Прошептала Маришка, качая головой.