Год учебы в военно-морском колледже прошел не зря. Я многому там научился и поэтому знал, как вести себя в армии. Как не крути молодой солдат, он и есть молодой, пока все поймет, пока обучиться военному делу. Себя молодым солдатом я не считал, но все же первые месяцы срочной службы мне тоже приходилось выполнять различные поставленные задачи, к примеру, такую «грязную» работу, как мыть палубу, нести дежурство в столовой, так как наша боевая часть, когда мы стояли на берегу, заступала в наряд на камбуз. Меня всегда удивляли военнослужащие, которые придя на службу говорят: «То делать не хочу, это делать не хочу». И вообще, служба в армии, видите ли, не для него. Но таких людей армия воспитывает, а в этом ей помогают сержант или старшина. В результате воспитания такие солдаты приобретают хоть небольшую, но извилину в голове, которая пригодится им на всю жизнь. Именно эта извилина помогает осознать ответственность перед Родиной и самим собой. Чем больше срок службы, тем больше эта извилина. Хотя, справедливости ради, стоит признать, что служба в армии дает эту извилину все же не всем. В той армейской части, в которой посчастливилось служить мне, надо было успеть стать лучше и выше, чем другие военнослужащие, иначе можно было на долгие годы остаться в тени от бурлящей жизни военной части. Я ждал, когда придут новые матросы, чтобы всю эту «грязную» работу передать другому. Была ли у нас дедовщина? Как таковой ее не было, но качества дедовщины оставались и если кто-то не выдерживал это испытание, то жизнь на корабле была для него очень тяжёлой. Чтобы приобрести свое лицо, прежде всего надо было осмелится ослушаться старшину, что я и сделал. Старшина Черников сказал мне выполнить одно из его приказаний один раз, я проигнорировал, потом второй раз я снова проигнорировал. Тогда он решил применить силу, а сила в его кулаке была крепкой, не зря он всю юность занимался боями без правил. Мне в лицо прилетела пара ударов, от которых я впервые в жизни понял, что значит выражение «искры из глаз». Я стоял на своем. Тогда он применил метод, когда страдают другие военнослужащие. В то время как я лежал на шконке в кубрике корабля и отдыхал, все военнослужащие выполняли боевую задачу, которую старшина приказал привести в исполнение. Он сказал, что только тогда, когда я начну его слушать - все смогут отдохнуть. На меня посыпалась масса упреков от военнослужащих, они наседали, обвиняя меня в своих страданиях. Но я был непреклонен, и цепочка в иерахии на нашем корабле замкнулась - каждый занял в ней свое законное место. Старшину перевели в другое подразделение, пришедший на его место, ненавидел меня больше всех, так как матросы в моем подразделении слушались не его, а старшего электрика, а его могли послать куда подальше. Командир нашей части зная о моем авторитете у военнослужащих, включил меня в список своих любимчиков и лично ставил боевые задачи. Благодаря всему этому я мог ослушаться любого офицера, конечно, помимо командира корабля. Мой авторитет на корабле рос, не только среди матросов, но и у офицеров.
Дорогие друзья! Мы рады представить вам первую российскую цифровую картину «Златник» размером 700/700 пикселей, которая посвящена развитию сельского хозяйства в России.