Марию Ивановну знали все в их подъезде, что говорить, пожалуй, она была известна на весь дом. Мария Ивановна давно жила одна, дети разъехались кто куда, у всех свои семьи, свои заботы и планы в которых матери просто не было места. Мария Ивановна всё понимала, но унывать по этому поводу не хотела. Она всегда считала, что пока ты кому-нибудь нужен, значит, ты не одинок. Поэтому её часто можно было увидеть за вязанием детских носочек и варежек, которыми она щедро одаривала своих соседей, а раз в год перед зимой отвозила в местный детский дом. В детском доме Марию Ивановну знали, дети любили, а взрослые уважали. Здесь она была частым гостем. Раз в месяц купив конфеты, она спешила туда, где точно знала, что её ждут. Детвора сразу бросала все свои занятия и, усаживаясь рядом, внимательно вслушивалась в её дивные истории. Мария Ивановна после похода в детский дом тоже будто расцветала, ей казалось, что она общалась со своими внуками, которых, к сожалению давно не видела.
- Мария Ивановна, какая же вы молодец! О вас даже в местной газете статью написали. Вот смотрите, я только сегодня в киоске купила, гляжу, а на главном развороте вы.
- Ой, а можно почитать?
- Да-да, берите, я сразу две штуки купила, одну хотела вам занести.
- Спасибо, милая.
- Это вам спасибо, дорогая вы наша. За доброту вашу, за заботу.
Было видно, что Мария Ивановна была рада тому, что о ней написали. Вдруг и её нерадивые дети прочитают и в кое-то веки вспомнят о матери. Старая она стала, быстро уставала, но несмотря на это, Марию Ивановну было невозможно застать без дел. Она словно пчёлка то высаживала цветы на клумбе возле дома, то пекла пироги, чтобы пригласить соседей на чай, то вязала, то прибирала, а иногда приглядывала за соседскими ребятишками. Соседи за её доброту относились к Марии Ивановне с должной заботой и уважением.
Сегодня у Марии Ивановны день рождения, и она как всегда с самого раннего утра хлопотала у плиты. Она уже успела напечь много пирожков, теперь оставалось дело за малым накрыть на стол и дождаться когда будет готов именинный пирог. Мария Ивановна уже переоделась в своё любимое нежно сиреневое платье и расчёсывала свои жиденькие седые волосы, в которых кое-где проглядывали каштановые нити волос, как в дверь позвонили.
- Ой, неужели дети приехали!
Мария Ивановна поспешила к двери, попутно повязывая лёгкий шифоновый шарфик. Но это были не её дети. За дверями стояли соседи, которые дружно собрались, чтобы поздравить именинницу.
- Мария Ивановн, с днём рождения!
- Ой, спасибо вам, мои дорогие!
- Это вам спасибо, за вашу заботу, за вашу доброту!
- Ну, что же вы в дверях стоите? Проходите, я уже и пирогов напекла.
Все дружно зашли в просторную уютную гостиную, где всё уже было готово к чаепитию. Женщины стали раскладывать принесённое угощение, а мужчины совещались на кухне, думая, где лучше установить новую посудомоечную и стиральную машины.
- Что же вы так потратились? Это же так дорого…
- Не переживайте, Мария Ивановна, главное, чтобы вы жили долго и счастливо на радость всем нам!
- Спасибо мои дорогие, спасибо мои родные!
Мария Ивановна засуетилась, она-то доставала банки с компотом собственного приготовления, то заваривала ароматный чай, в состав которого помимо зелённого чая входили какие-то только известные ей травки. Когда чаепитие было окончено, женщины дружно убрали со стола и перемыли всю посуду, оставив именинницу наслаждаться покоем.
Мария Ивановна уже несколько дней наслаждалась новой техникой. Какие же соседи молодцы, подарили такие дорогие подарки, благодаря чему она сможет больше отдыхать. Да, не зря говорят, чужие лучше, чем свои. Соседи с самого утра и до позднего вечера её поздравляли, приходили даже из соседних дом, а вот дети даже не удосужились ей позвонить, хотя она до поздней ночи ждала их звонка. Как они могли забыть о старой матери? Неужели она ничего для них не значит. Что она сделала не так? Где допустила ошибку в их воспитании, что они стали такими чёрствыми? А ведь в своё время она всем дала достойное воспитание и сейчас её дети обеспеченные и уважаемые люди, но только видать что-то она всё-таки упустила, раз они стали такими чёрствыми и забыли о собственной матери.
Наступила весна, снег таял днём, превращая дороги за ночь в каток для фигурного катания. Мария Ивановна всё больше сидела с тоской у окна, она понимала, что детей уже не изменить, и что они вряд ли когда-нибудь к ней приедут. Это мать может одинаково любить и заботиться о своих детях, а вот дети о родной матери могут позаботиться не всегда. Она смахнула слезинку и пошла ставить тесто на блины. Она всегда пекла блины, когда грустила, ей казалось, что в такие моменты время поворачивало вспять и сейчас к столу опять соберутся её любимые дети и любящий муж. Мария Ивановна хлопотала на кухне, пытаясь работой перебить грустные мысли. Она не заметила, как локтем смахнула бутылку с маслом со стола, и когда сделала несколько шагов к столу, чтобы положить блюдо с блинами поскользнулась и неудачно упала. Сильная боль пронзила её ногу. Что это? Перелом? Вывих? Она не знала. Не знала Мария Ивановна, как вызвать скорую помощь, телефон был в комнате, а она лежала на кухонном полу. Каждое шевеление давалось ей с трудом, а боль усиливалась с каждой минутой. Она уже несколько дней так лежала на полу, благо блюдо с блинами лежало рядом, и она не осталась без еды, но вот без питья ей пришлось нелегко, да и нога опухла и поменяла свой изначальный цвет.
Мария Ивановна уже приготовилась к смерти. Есть больше было нечего, боль в ноге не давала ей заснуть даже на минутку. Интересно, скоро ли она умрёт? Так страшно умирать мучительной смертью, заживо замурованной в квартире. Она сделала ещё пару движений, пытаясь отползти из кухни в комнату с телефоном, но сильная боль не дала ей этого сделать и Мария Ивановна потеряла сознание.
Очнулась она уже в палате. Мария Ивановна с трудом открыла глаза, белые стены, белое бельё, снующие рядом люди в белых одеяниях.
- Ну, всё… Я умерла… Слава Богу, я в раю!
Она сказала это вслух и громко, что все присутствующие оглянулись и поспешили к ней.
- Слава Богу, вы пришли в себя! У вас был перелом и сильное обезвоживание, но теперь всё позади и скоро вы поправитесь.
- Милая, а как я здесь оказалась?
- Так соседи ваши… Если бы не они... Повезло вам с ними, всем бы таких! До сих пор по очереди дежурят у дверей реанимационной. Вы поправляйтесь, а я пойду, обрадую их.
Мария Ивановна вздохнула с облегчением. Значит, её любят, значит, она нужна, а раз она нужна хоть кому-то, то она просто не имеет права сдаваться и умирать. И пусть дети не интересуются её жизнью, и она ничего для них не значит, у неё есть они – её соседи, которых она очень любит и считает их родными.
Благодарим за внимание! Подписывайтесь, ставьте лайки и пишите в комментариях свои отзывы и пожелания.