Большего счастья Сафие-султан давно уже не испытывала! Впервые за последние дни не просто шла, летела к своему господину…
Надо было видеть лицо султана, когда она, ласково поглаживая его по выбритому затылку, проворковала:
— Мой господин, мне так понравился наряд вашей матушки! Только Аллах знает, как хочу быть достойной общества валиде! Да вот беда! Когда пожелала заказать у купцов такую ткань, выяснилось, что госпоже ее привез в подарок от венецианского дожа посол и в константинопольских лавках в наличии не имеется.
Как и следовало ожидать, султан заинтересовался информацией. Она явно почувствовала, как напряглась его шея, что говорит о высочайшем внимании. А с учетом того, что венецианцев он не любил, заинтересовался вдвойне. Это явственно читалось в его глазах, из которых мгновенно ушла лень. Правда, вслух ничего говорить не стал. Это также свидетельствовало о верно нанесенном ударе...
Сомнений не имелось, взял на заметку и обязательно потребует провести расследование. Вполне понятно, особого преступления здесь нет и за связь с земляками наказывать не станет, но будет иметь ввиду. Султан прекрасно понимает: такие бакшиши просто не дают. Потом их потребуется отрабатывать. И никто не знает, о чем попросят венецианские родственники. Хорошо, если просто о дополнительной аудиенции у султана, а вдруг эта просьба коснется интересов империи?
Падишах, конечно, имеет мягкий характер и очень любит свою родительницу, но когда дело касается чего-то важного, может проявить твердость. Точно также вел себя и султан Селим, за что его, видимо, и убрали столь быстро. Став хасеки, Принцесса света почему-то считала: падишах смотреть в одну с ней сторону. К ее великому огорчению, сын Сулеймана так не думал. Причем это касалось как государственных дел, так и бытовых.
В памяти навсегда остался эпизод, связанный с Михримах-султан. В бытность правления Селима Блонда московитянские послы приподнесли ей в дар диадему с необыкновенным голубыми аквамаринами. Неизвестно по какой причине Нурбану-султан думала, что этот подарок предназначен ей, как хасеки. Но он на глазах уплыл «визирю в юбке».
Венецианка сделала попытку надавить на султана в полной уверенности, что тот прикажет сестре отдать дар в государственную казну, а уж она спокойно возьмет ее оттуда. Однако повелитель даже слушать не стал. Едва пришла к нему и принялась елейным голоском щебетать, как отмахнулся и довольно резко сказал:
— В свои женские дела меня не вмешивайте! Сами разбирайтесь!
От неожиданности султанша лишилась на миг дара речи и тут же отправилась писать жалобное письмо сыну, шехзаде Мураду, вероятно надеясь, что он воздействует на тетю. Однако наследник отмахнулся и слово в слово, словно сговорившись с отцом, повторил в ответе родительскую фразу. Правда, пообещал: когда станет правителем, подарить матушке диадему в сто раз краше.
Михримах-султан весело посмеивалась, вспоминая этот случай. Говорила, что Нурбану-султан долго шипела, словно обиженная кошка, но потом история забылась. Как впрочем и обещание, данное шехзаде. Интересно, он сам помнит о нем? Или забыл, как всегда? Что с ним станет, когда постареет? Впрочем, в этом плане особо переживать не стоит. Известное дело: в Топкапы султаны долго не живут. Не считая, конечно, Султана Великолепного, да и тот скорее всего удержался столь долго лишь благодаря стараниям супруги Роксоланы и любящей дочери…
Лично Сафие-султан не собирается становиться надежным тылом султана Мурада. Откровенно говоря, ее мало волнуют его переживания, в которые не стоит верить. То, что рыдал, прижавшись к ее груди в день приезда из Манисы, и сожалел в голос о казенных братьев, вовсе не говорит об его раскаянии! Просто ему хотелось услышать одобрение. А когда получил, мгновенно успокоился и забыл обо всем случившемся. Но она-то помнит! И глаз несчастных матерей, среди которых могла и сама оказаться, никогда не забудет!
Лично ей давно абсолютно все равно, что испытывает повелитель и от чего страдает. Не совсем здоровая психически османская семейка порядком надоела и, чем скорее начнет сокращаться ее численность, тем будет лучше. Хотя с другой стороны, если быть объективным, кем бы стала без нее? Обычным «живым подарком», коих в гаремах тысячи. Зато сейчас у нее открыто столько перспектив! Об этом всегда стоить помнить! И молодая женщина собралась с чувствами и вновь изобразила на лице нежность и любовь к любимому льву, который давно разучился рычать.
Публикация по теме: Некоронованная королева Османов, книга 2, часть 42
Продолжение по ссылке