По-настоящему великие революции, а не банальные захваты власти, длятся столетиями. Более того, верхушечные перевороты, которые иногда незаслуженно называют «революциями», на самом деле являются всего лишь эпизодами тех самых «больших» и «настоящих» революций.
Подтверждений тому в мировой истории можно найти немало.
Острая фаза конфликта вокруг делёжки полномочий между Короной и парламентами на британских островах началась в конце 1630-х гг. с Епископских войн короля Карла I и шотландского парламента. Вскоре Карл рассорился уже с английскими депутатами. В трёх королевствах (включая Ирландию) начались гражданские войны, по итогу которых королю отрубили голову. После диктатуры Кромвеля британцы призвали Стюартов обратно, но четвертьвековая Реставрация снова привела к конфликту Короны и парламентов. Даже Славная революция 1688 г. не стала его концом, ведь ещё полвека консерваторы-якобиты боролись за «божественное право королей». И наоборот, были республиканские радикалы, которые считали, будто революция в Великобритании оказалась слишком «умеренной». В итоге читатели их трудов всё-таки переиграли английскую революцию, но уже за океаном – в Северной Америке.
Что касается Франции, то революция, начавшаяся 1789 г., запустила калейдоскопическую смену политических режимов в этой стране на протяжении всего последующего XIX в. Даже самый устойчивый из них – парламентская Третья республика, продержавшаяся 70 лет, имела мощную консервативно-роялистскую альтернативу в виде «сильной исполнительной власти», которая ненадолго воплотилась в режиме Виши. Французскую революцию завершил, вероятно, де Голль, который совместил в созданной им в 1958 г. Пятой республике и республиканскую идею, и ту самую «сильную исполнительную власть».
Немецкая революция началась в 1848 г. и ставила целью создание единого демократического германского государства. Главная сила революции – немецкая буржуазия – тогда проиграла, и в 1871 г. Рейх – в очень специфических «малогерманских» границах – создали аристократы, военные и бюрократы. Либеральных и социальных свобод в их полноте немцам пришлось ждать до 1918 г., но и Ноябрьскую революцию из-за компромиссов со «Старым режимом» многие посчитали незавершённой. Веймарская республика протянула совсем недолго, сменилась нацистской диктатурой, которая продержалась ещё меньше, а затем Германия оказалась расколотой на два государства. В итоге единое демократическое германское государство по заветам 1848 г. удалось создать только в 1990 г.
Китайскую революцию, которая началась в 1911 г., обычно заканчивают провозглашением КНР в 1949 г. Но кажется, что в последующие десятилетия в Китае случилось слишком много таких событий, которые позволяют утверждать, что революция на самом деле продолжилась. В конце концов, можно ли считать её до конца завершённой, пока существует полноценный альтернативный «второй Китай» на Тайване?
Наконец, «Великую Российскую революцию» обычно отсчитывают с февраля 1917 г., но я бы допустил, что отсчитывать её нужно с 1904 г.: убийства Плеве, Земского съезда, банкетной кампании – всего того, что как-то теряется на фоне других событий «Первой русской революции», но вообще-то является её началом. «Незавершённость» той революции очевидна, и вполне логично перекинуть от неё мостик к 1917 г. Ну а дальше Гражданская война, 70 лет советского режима, «незавершённая» революция 1989 – 1993 гг. и 30 лет постсоветского режима. Продолжение следует.
Текст пятилетней давности я писал, будучи человеком с другим мировоззрением, чем сейчас, и важный вопрос о «правопреемстве» из двух последних абзацев, как мне кажется, всё же не является тем кощеевым яйцом, в котором скрыта загадка конца революционной эпохи, начавшейся в 1904 г. Возможно, сейчас бы там было про социал-демократическую постимперскую федерацию русских и других народов России, но это слишком долгая и сложная тема для рефлексии.
Подписывайтесь на Стальной Шлем