Размышление о том, почему Иорвета могут называть Сыном Горя.
Среди цветов лесных поет ручей, звеня,
О возвращеньи, о любви, о тех счастливых днях…
О тех счастливых днях, что впереди их ждут.
«И через сто веков они, — поет, — придут!»
Лишь папоротника вздох и робкий шелест трав
Слышны ему в ответ. Они твердят: «Не прав!
Оставь, ручей, звенеть, нас будущим маня.
Былого не вернуть, увы… уж никогда». (с) Пол Андерсон.
- Видишь ли, оказывается, у нас с тобой действительно много общего, дхойне, - усмехнулся Иорвет. – Я ведь тоже не знал своего отца.
Вернон удивленно вскинул брови, но решил не вмешиваться с замечаниями, которые так и просились на язык, чтобы не спугнуть приступ откровенности сволочной белки.
Однако Иорвет без труда прочел его порыв и неожиданно непринужденно рассмеялся:
- О нет, Роше, никаких грязных подробностей! Наоборот, эта история как раз чисто в эльфском стиле.
- Там, где все умерли от любви? – хмыкнул темерец.
- Почти угадал, - легко согласился эльф и певучим тоном поведал. – На красивом веселом празднике Беллетейн моя мать встретила такого же молодого, красивого и дерзкого бойца из только что прибывшего пополнения для пограничников, и они провели вместе чудесную ночь. К сожалению, они, как это свойственно юности, чересчур увлеклись таинственностью и романтикой, поэтому всего лишь обменялись знаками, по которым должны были опознать друг друга на следующий день уже при свете ясного солнца, а не звезд, и при всем честном народе.
- Дай угадаю: он таки ее обманул, гарнизон наутро растворился в пыли, и они никогда больше не увиделись? – фыркнув, не выдержал Вернон.
Что-то это все смахивало на слезовыжимательную балладу для чувствительных дамочек, поэтому душа неудержимо просила разбавить ее ложкой ядреного дегтя.
- Отнюдь, - бесстрастно парировал Иорвет. – Хотя они и правда никогда больше не увиделись. Просто на следующий день Аэдирн напал на Дол Блатанну и только горстке беженцев удалось спастись. Остальных вырезали и пограничный отряд, естественно, в полном составе полег первым. Так что моя мать даже не узнала, кто из тех парней стал отцом ее ребенка. Она хранила перышко от стрелы, которой он сшиб для нее на празднике яблоко, а вот посмотреть, у кого из трупов повязана ее лента, как ты понимаешь, у нее возможности не было. Как и расспросить кого-либо, как же его звали на самом деле.