Давно обещанная публикация о «трубачах».
Вспоминает Александр Никишин: 9 ноября 1980 года после учебки, где их готовили по специальности, 30 человек получили назначение в ОКСВА. 12 ноября были уже на пересылочном пункте в городе Термез, где пять дней занимались разгрузкой вагонов. На шестой день какой-то капитан на разводе поинтересовался, что это за эмблемы в петлицах, узнав, что они из трубачей устроил большой скандал сопровождавшему их офицеру. «Чтобы через час их здесь не было! Их в Афгане ждут, а они мешки таскают!» Во второй дня они были уже в Хайратоне.
Переночевав утром колонна тронулась вглубь Афганистана. Александр ехал в кабине рядом с водителем, как выяснилось одного с ним призыва. Проехав город Ташкурган машины втянулись в ущелье. Водитель передал ему свой автомат и сказал, в случае чего – стреляй! – Куда стрелять то? – Не важно куда, главное стреляй. Но все обошлось, лишь при подъеме на малый перевал Мирза-Атабели головную часть колонны обстреляли издалека. На что БТР сопровождения ответил несколькими очередями, обстрел прекратился.
Вечером прибыли в военный городок в Килагайской долине, чуть южнее Пули-Хумри. Ночевали в автобате. Утром комбат построил вновь прибывших и объявил, что теперь они будут служить в его батальоне. Началось распределение по ротам, но тут явился майор с такими же эмблемами в петлицах, как у нашего героя и в доступной форме, объяснил комбату, что он не прав. Майор был заместителем командира 14-го отдельного трубопроводного батальона по технической части. Поехали в обратную сторону, в расположение командного пункта части, которой на полтора года предстояло стать родной.
Первым делом прибывших накормили, потом построили и один из офицеров в звании старшего лейтенанта сказал, что ему нужны четыре добровольца. В их числе Александр был тоже. Офицер приказал им найти старшину, получить у него оружие и боеприпасы, после этого они в составе патрульно-аварийной команды, поедут в Саманган для устранения аварии на трубопроводе. Получили автоматы, патроны и по четыре гранаты, которые держали в руках впервые и только теоретически знали, как с ними обращаться.
Стои, ждем, вспоминает Никишин, подходят ребята, спрашивают, - Куда это вас, молодых, зарядили? В Саманган, отвечаем, на устранение аварии. Молча отходят, но возвращаются, кто с магазином с патронами, кто с гранатой – «Если вернетесь – отдадите». Энтузиазма эта фраза не добавляла, но позже выяснилось, что это была дежурная фраза.
Подъехал ГАЗ-66 с запасными трубами и два БТРа боевого прикрытия из мотострелкового батальона. Они погрузились и поехали. По дороге получили подробную инструкцию, как себя вести в случае обстрела. Приехав на место, увидели искореженные трубы - нитку трубопровода. Как выяснилось, здесь был бой, в ходе которого был поврежден и трубопровод. Старший лейтенант приказал Александру прикрывать ребят, приступивших к устранению повреждения, и взять под наблюдение развалины дома, которые находились метрах в 70-80 от места аварии. В случае обнаружения любого движения - стрелять. На вопрос: «Делать ли предупредительный выстрел в воздух?», - он ответил: «Здесь война, сынок». Устранив повреждение, вернулись на командный пункт батальона, где распределили по ротам.
Никишин попал служить в 1-ю эксплуатационную роту под командованием капитана Потанина. Впереди, как пишет он, было много дней службы на афганской земле, которые вместили в себя и выезды на устранение последствий диверсий на трубопроводе, и обстрелы, и гибель товарищей, и госпиталь в Термезе, и многое другое. Но это был мой первый день службы в 14-м отдельном трубопроводном батальоне - войсковой части полевая почта 38021...
