Теперь, когда я, вроде бы, ответил на все комментарии моих оппонентов мы можем перейти, наконец, к продолжению нашего разговора об XI теореме Гюйгенса, начатого мною 15.01.23 г. в моей статье "Чего явно не знают даже профессиональные физики об XI теореме Гюйгенса".
Это необходимо нам для того, чтобы полностью убедиться в том, что она действительно является всего лишь чисто математической теоремой, которая не имеет никакого отношения к аналитическому описанию реального взаимодействия тел при их упругом столкновении.
О том, что это мое утверждение, сделанное мною еще в предыдущей статье, является бесспорным фактом, со всей очевидностью свидетельствует также еще и тот завершающий вывод, который сделал сам Гюйгенс в заключении как бы выполненного им тогда «доказательства».
Но для того, чтобы вам было более понятно то, о чем я буду сейчас вам говорить, я сначала еще раз напомню вам то, что, приступая к доказательству этой своей теоремы, Гюйгенс сначала указывает, что:
«Имеем два тела А и В, из которых А до удара имело скорость AD, а В — скорость BD. После удара скорость А, найденная согласно вышеприведенному построению, есть ЕА, а скорость В есть ЕВ».
После чего, уже в самом конце этого, якобы действительно произведенного им доказательства, после выполнения им нескольких предварительных рассуждений, Гюйгенс делает свой заключительный и, в принципе, вроде бы, как логически даже достаточно обоснованный вывод, в котором он заявляет, что:
Но, для того, чтобы вы лучше поняли то, в чем заключается ошибочность этого его завершающего вывода, давайте представим формулировку этой теоремы Гюйгенса, вернее, представим ее аналитическое выражение в привычных для нас обозначениях.
Которое, как вы, конечно же, понимаете, является просто результатом вполне допустимого алгебраического преобразования предыдущего уравнения, выражающего собой суть XI теоремы Гюйгенса.
Я перешел к этому уравнению для того, чтобы вам было лучше понятно, что сделанный Гюйгенсом вывод равносилен утверждению о том, что на сколько в результате столкновения двух тел увеличится или уменьшится «геометрический объем» первого тела, ровно на столько же, – наоборот, уменьшится или увеличится «геометрический объем» второго тела.
Естественно, что на основании этого у нас складывается такое представление, что, якобы, при столкновении этих двух тел этот совершенно конкретный «объем геометрического тела» был как бы просто передан от одного тела к другому в равных количествах, что и явилось причиной того, что, в итоге, доударные и послеударные суммы этих «геометрических объемов» остались равными друг другу, что, собственно говоря, и выражается тем исходным уравнением:
воплощается в жизнь именно за счет равной передачи некоего «объема геометрического тела» от одного тела – к другому, столкнувшемуся с ним телу.
А объясняется это тем, что это именно Гюйгенс, как раз, и оказался первым из тех ученых, которые также вскоре поняли вслед за ним то, что при любых видах столкновений тел, они всегда взаимодействуют между собой не всеми их первоначальными или их абсолютными количествами движения, а только теми их частями, которыми они обладают по отношению к их общему центру масс, или по отношению к центру масс их механической системы.
А, точнее говоря, они всегда взаимодействуют друг с другом только теми их равными относительными количествами движения, которыми они всегда совершенно реально обладают относительно центра масс их механической системы.
Что и позволило Гюйгенсу уже в марте 1669 г. первому заявить о том, что он открыл удивительный закон природы, который он может доказать для каких угодно тел, и в соответствии с которым, вследствие того, что любые движущиеся тела всегда обладают по отношению к их центру масс их относительными скоростями, обратно пропорциональными их массам, то из этого следует то, что они обладают их равными относительными количествами движения.
Вследствие чего, взаимодействие подобных тел механической системы никогда не может изменить скорости движения ее центра масс.
После чего, как самому Гюйгенсу, так и другим физикам следовало бы понять то, что, в таком случае, любые движущиеся тела всегда обладают по отношению к их центру масс также еще и их относительными «объемами геометрического тела».
Только, в отличие от равных относительных количеств движения, эти тела всегда обладают их явно неравными относительными «объемами геометрического тела».
А, если говорить более точно, то следует сказать, что они всегда обладают их «объемами геометрического тела», обратно пропорциональными их массам.
Но, так как наш практический опыт показывает нам то, что очевидное неравенство тех относительных «объемов геометрических тел», которыми всегда обладают все сталкивающиеся тела никогда не оказывает никакого влияния на изменение скорости движения центра масс механической системы, то это означает только то, что, в действительности, эти самые «объемы геометрического тела» никакого реального участия во взаимодействиях тел никогда и не принимают.
На основании чего, если не сам Гюйгенс, то хотя бы другие физики, уже давным-давно, должны были бы прийти к заключению о том, что, на самом деле, найденные Гюйгенсом никому не известные ранее «объемы геометрического тела» представляют собой просто самые обычные численные величины, которые не только никогда ни на что не влияют, но, вследствие их неравенства, они не могут также и передаваться от одного тела к другому, так как подобная их передача от одного тела к другому явно противоречит требованиям причинно-следственного принципа.
После чего, физики должны были бы заключить, что все это явно свидетельствует о том, что XI теорема Гюйгенса является чисто математической теоремой, которая не имеет никакого отношения к реальному взаимодействию тел.
А сделанный Гюйгенсом вывод, который он сделал после завершения им доказательства этой своей теоремы, и в котором он утверждает то, что якобы сохранение постоянной суммы доударных и послеударных сумм «объемов геометрических тел» объясняется только равенством их передачи от одного тела к другому, – на самом деле, является несомненно ошибочным!
В своей следующей статье я объясню вам то, так почему же тогда, несмотря на все эти обстоятельства, которые не позволяют «геометрическим объемам тел» передаваться в равных количествах от одного тела к другому, сумма, как доударных, так и послеударных «геометрических объемов» упруго столкнувшихся тел, все же, всегда остается постоянной?