23 октября 1898 года, камера столичного судьи 31-го участка была переполнена охтенскими обывателями, владельцами лесных складов и арендаторами охтенских берегов реки Большой Невы.
Слушалось интересное для всех дело о недопущение арендатором, мещанином Василием Балабановым, на стоянку судов купца Захарова – к охтенскому берегу и выгрузку строительных материалов на собственный лесной двор указанного купца. На вопрос судьи, господина Лебединского, почему Балабанов не допускал суда торговца к берегу для причала и выгрузки, обвиняемый ответил:
- Я арендую берег у охтенской управы, за что плачу ей 1 200 рублей в год аренды, а потому и н желаю никого допускать даром, так как вода моя.
- Вода и бечевник (сухопутная дорога вдоль реки, используемая для ручной или конной тяги речных судов) реки Большой Невы, принадлежать вам не могут, потомку что река эта судоходная и таким образом составляет достояние всего государства, а никак не одного лица или общества – заметил судья обвиняемому. – Что же касается вашей ссылки на контракт с охтенской управой, то таковой равносилен тому, если бы я вам сдал не принадлежащий мне дом, а вы бы считали себя в праве владеть им.
- Но ведь сдача бечевника на Охте практикуется уже сорок лет – продолжал упорствовать Балабанов.
- Ну, а на сорок первом году это придется оставить. – пояснил судья.
Допросив затем ряд свидетелей и находя виновность Балабанова вполне доказанной, судья, руководствуясь статьей 142 устава о наказаниях, приговорил подвергнуть арендатора Балабанова на один месяц ареста за самоуправство.
(Все же немного не ясно – то ли арендатор не понимал условий аренды, то ли управа его обманывала. Скорее всего, первое – так как правила пользования берегом реки (с допуском на выгрузку торговцев) уточнялись еще при царе Алексее Михайловиче.)