Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Нижегородский Мечтатель

Мелочи жизни в Петербурге начала XX века

Спекуляция участками Дух спекуляции живет в каждом из нас. Не успела Дума окончательно высказаться в пользу направления нового моста к Малой Охте, как местные малоохтенские землевладельцы начали уже спекулировать своими земельными участками. Вчерашнее место, стоившее 6 рублей за сажень (по-видимому, квадратную), сегодня продается уже по 15 рублей. Особенно «заговорила» до настоящего времени «Молчаливая улица», на долю которой приходится ближайшее соседство с новым мостом. Это даже не улица, а ряд пустырей, не приносивших никакого дохода, а теперь возомнивших о себе, точно здесь не Охта, а Английская набережная или Невский проспект. Только переоценкой земель и соответственным обложением их сбором в пользу города, можно положить предел волчьим аппетитам малоохтенских спекулянтов. «Заколдованный дом» На Васильевском острове, на набережной, сейчас происходит аукцион имущества известного финансового дельца Y (по-видимому, фамилия была действительно слишком известна, чтобы её указывать в газ

Спекуляция участками

Дух спекуляции живет в каждом из нас. Не успела Дума окончательно высказаться в пользу направления нового моста к Малой Охте, как местные малоохтенские землевладельцы начали уже спекулировать своими земельными участками. Вчерашнее место, стоившее 6 рублей за сажень (по-видимому, квадратную), сегодня продается уже по 15 рублей.

Особенно «заговорила» до настоящего времени «Молчаливая улица», на долю которой приходится ближайшее соседство с новым мостом. Это даже не улица, а ряд пустырей, не приносивших никакого дохода, а теперь возомнивших о себе, точно здесь не Охта, а Английская набережная или Невский проспект. Только переоценкой земель и соответственным обложением их сбором в пользу города, можно положить предел волчьим аппетитам малоохтенских спекулянтов.

«Заколдованный дом»

На Васильевском острове, на набережной, сейчас происходит аукцион имущества известного финансового дельца Y (по-видимому, фамилия была действительно слишком известна, чтобы её указывать в газетах). Аукцион огромный, но не в нем дело.

Как пишет корреспондент, заговорил он о нем потому, проездом на этот аукцион видел в своем роде редкость – заколдованный дом. И это в двадцатом веке, в столичном городе!

Помещается дом этот там же, на набережной, как раз против Николаевского моста. Стоит покосившийся, кругом заколоченный старик с ушедшими в землю подъездами.

- Пятьдесят лет, барин, никто не живет – сообщает извозчик.

- А что?

- Так…

Но произнес это «так» столь таинственно, что даже чуть на городового не наехал.

-2

- Заколдованный он…

- Дом-то?

- Да… Много чего тут говорят… Ну, ми-и-илая!

По материалам «Петербургского листка» за 1902 год