Породу не скроешь! Так говорят про некоторых актрис, даже если они играют крестьянок, работниц.
Высокое происхождение в Любови Орловой выдавало все. Наследнице громкой фамилии ей выпало стать мостом между двумя эпохами. Но многое из ее жизни навсегда осталось тайной.
В 1934 году появилась первая и на долгие годы единственная звезда советского кино. Она стала образцом для подражания миллионов женщин.
Благодаря своему таланту и при поддержке своего мужа 32-летняя Любовь Орлова стала идеалом советской девушки.
И красивая, и веселая, и самостоятельная, и работящая.
Но в ней была тайна.
Особенно ее порода проявлялась тогда, когда она начинала петь.
Аристократка, ведь в ее жилах текла голубая княжеская кровь Орловых. По материнской линии род Сухотиных состоял в родстве с семьей Льва Толстого.
А по отцовской линии одним из предков считают Григория Орлова. Того самого, кто участвовал в дворцовом перевороте при возведении на трон Екатерины II.
У Любови Орловой была старшая сестра Нонна. В детстве родители устраивали домашние спектакли. На них бывал и Федор Шаляпин. Родные вспоминают, что талант маленькой Любы он выделял особенно.
Актриса всю жизнь была скрытной и нелюдимой. Это отмечали все знакомые. Она прекрасно знала, как советская власть могла обойтись с теми, кого называли “из бывших”.
К тому же первый муж, Андрей Берзин, заместитель начальника административно-финансового управления Народного комиссариата земледелия, был арестован как враг народа.
О ней никто не расскажет многого. Потому что она никого к себе близко не подпускала. Ни с кем близко не дружила. Ее никогда не видели разговаривающей с кем-то по душам, обсуждающей других.
Только в Кремле об актрисе знали все.
Современники уверены, что она запросто могла пропасть в лагерях, если бы не Александров и если бы не ее роль в фильме “Веселые ребята”.
Ей была уготована другая роль. Роль вывески советского режима, ее лица.
Поездки за рубеж, встречи с иностранными политиками, журналистами. Конечно, многие актрисы ее времени были очень хороши собой. Но они ни слова не могли сказать на иностранном языке. Просто сидеть и улыбаться могла любая.
Любовь Петровна знала несколько языков и прекрасно умела подать себя за границей. Там как нельзя кстати пришлись ее аристократическое воспитание и образование.
Но именно происхождение Орловой и стало государственной тайной.
Она очень нравилась Сталину. Понятно, если бы не нравилась, она никогда бы не снялась в таком количестве фильмов в главных ролях. Ведь было очень просто всех неугодных убрать и заменить. Окуневская, Федорова…
Ей, единственной в СССР, удалось сохранить уклад жизни, к которой она привыкла с детства. Конечно, не полностью, но во многом соответствующий дореволюционному статусу ее семьи.
Хозяйство в их московской квартире вела помощница. А в отдельной комнате поселилась мама Орловой, княгиня Сухотина, которая быстро вернула старые привычки.
В их загородном доме Любовь Петровна свила настоящее дворянское гнездо. Все предметы мебели были покрыты цветочными чехлами в тон занавескам. Это выглядело очень расточительно. Гостей поражала изысканность блюд.
Старорежимность Александров и Орлова сохранили и в отношениях друг к другу.
Все удивлялись тому, что они разговаривали только на “Вы”. В дворянских семьях на “ты” разговаривали только с прислугой.
Они и сохранили эту привычку. В их доме была женская и мужская половина.
Все, кто видел Орлову в последние годы ее жизни, отмечали, что она все больше походила на стареющую графиню. Всегда подтянутая, в перчатках, с хорошим легким макияжем, прической. Очень доброжелательная и приветливая.
Даже во время смертельной болезни, которая забирала у нее все силы, Орлова, испытывая невыносимые боли, держалась с поразительным достоинством.
Когда Григорий Александров в последний раз перешагнул порог ее больничной палаты, Любовь Петровна тихо произнесла: “Как Вы долго”. И закрыла глаза. Навсегда.
Дорогие читатели. Благодарю вас за внимание. Желаю мирного неба над головой. Здоровья. С уважением.
