- Ну что, идут ещё? – пожилой мужчина встретил знакомого, идущего к Красной Площади.
- Ещё идут, вот поспал немного и снова туда, - ответил попутчик.
- Так и не увидел своего? – поинтересовался первый.
- Нет, мой дед в Берлине погиб, видно, под конец будет.
Это началось неожиданно, ярким солнечным утром, когда люди ещё спят, на Красную площадь упала странная мгла. Свидетелей почти не было, только караульные, да редкие прохожие, спешившие по своим делам. И вот, в этой мгле пошли тени людей, шедших как на парад. Сначала редкие, но к обеду уже пошли стройными рядами красноармейцы из прошлого, да и редкие пока ещё мирные люди в гражданской одежде.
Весть быстро разнеслась, и москвичи стали собираться, чтобы посмотреть на непонятное явление. Старики и старухи стали узнавать своих павших предков в этом потоке теней, и тут уже потянулись со всей страны, желающие увидеть своих предков. Ночью мгла так и оставалась сама собой, не меняясь от времени суток и люди всё равно видели тени предков. Тени исчезали, едва поравнявшись с храмом Василия Блаженного, но их место занимали новые.
Старый еврей рыдал, увидев свою бабушку, замученную в концлагере. Старики не стеснялись своих слёз, показывая молодым, как выглядели их предки. Увидев своих, люди уступали место новым и те высматривали в рядах теней своих погибших.
- Дедушка, а почему они молчат? – маленькая девочка держит за руку седого полковника.
- Они погибли в той войне, защищая нас с тобой, - тихо сказал дед.
- А меня тогда ещё не было, - резонно заметила внучка.
- Если бы они не победили, тебя бы и вовсе не было, а так мы все живы, - заметил дед.
Увидев кого-то в рядах теней, он поднял над головой внучку и показал на солдата, шедшего со всеми в одном ряду.
- Это мой отец, он так и не узнал о моём рождении, - седой мужчина уронил слезу, но справился с волнением, да и внучка обязывала…
- А долго они будут идти, а то уже третья неделя? – внучка ещё маленькая, ей всё интересно.
- Три дня ещё, - сказал седой мужчина с внешностью учёного, - я подсчитал, почти двадцать дней будут идти.
- Разве такое можно подсчитать? – удивилась старушка рядом.
- Можно, но примерно, точного числа погибших мы не знаем до сих пор.
- Значит, сегодня ещё не увижу, - заметил пожилой мужчина, пришедший с приятелем, - мой дед в Берлине погиб.
- Сегодня вряд ли, - заметил учёный, - а вот завтра уже вполне вероятно, ведь люди гибли и после взятия Берлина, и даже, после капитуляции Германии. Отдохните лучше, а к вечеру приходите снова, - посоветовал он, но тут заметил кого-то в рядах теней и замолчал, пристально вглядываясь в лица.
Всем, увидевшим своих родственников, казалось, что тени смотрят на них, хотя остальные этого не замечали. А тени прошлого шли и шли, поротно, с дистанцией на одного линейного, которых не было вовсе. Необыкновенный парад мёртвых никого не оставил равнодушными и люди тянулись, посмотреть в глаза своим предкам. Кто-то махал рукой, увидев знакомое, порой только по фотографии, лицо, кто-то плакал, не обращая внимание на окружение. Днём и ночью, в любую погоду люди стояли и смотрела на необычный парад.
Всё закончилось на двадцатые сутки, уже ночь вступила в свои права, а стоявшие на площади всё не расходились, находясь под впечатлением. Даже короткий июльский дождь не смог разогнать людей, стоявших и вспоминавших минувшую войну, унесшую миллионы жизней.