«Мы живем в стране столь бедной проявлениями идеального, что если мы не окружим себя в домашней жизни некоторой долей поэзии и хорошего вкуса, то легко можем утратить всякую утончённость чувства, всякое понятие об изящном», – указывал П.Я. Чаадаев в одном из «Философических писем» (1828-1830).
Видимо, что-то витало в воздухе той поры, отчего в 30-е годы XIX века особую популярность приобрели картины на сюжет «в комнатах». И «портреты» их становились столь же востребованы, как и образы самих обитателей жилищ.
Одним из первых и лучших живописцев этого направления стал Капитон Алексеевич Зеленцов (1790–1845).
Формально он числился художником-любителем, занимавшимся живописью в свободное от работы время. Однако ж удостоился от Императорской Академии художеств звания «Академик перспективной живописи» в 1833 году. За картину «Мастерская художника Петра Васильевича Басина».
Собственно, она стала ответом на заданную академическую, вполне шаблонную программу: «написать картину, изображающую внутренность мастерской художника с приличными принадлежностями и несколькими фигурами». Но Зеленцову удалось вдохнуть жизнь в заданное. Картина интересна не только точностью воспроизведения мастерской художника, но и наличием в ней лиц известных. Вот сидит сам Пётр Басин, рядом с ним стоит скульптор, барон П.К. Клодт. Чуть дальше, рядом с живописцем у холста изображён лицеист, художник-любитель Валериан Лангер.
Пристальный интерес публики и исследователей до сих пор привлекает уже «настоящий комнатный портрет».
Перед нами даже не картина, а повествование о буднях дворянской интеллигенции. Мы воочию знакомится с подробностями того быта, его характерных особенностей. Александр Бенуа так писал о русском дворянстве: «…этот класс выработал самый темп русской жизни, его самосознание и систему взаимоотношений между членами одного семейного “клана”. Всякие тонкости русской психологии, извилины типично русского морального чувства возникли и созрели именно в этой среде».
Мы видим гостиную дома средней руки, просторную, пусть и с низковатым потолком, поскольку размещается на антресолях.
Колонны здесь не только обрамляют дверные проёмы, но и зрительно увеличивают высоту комнаты. На стене слева пять живописных полотен. Под ними стоит непритязательной формы диван. Перед ним изящный овальный столик. На стуле с изогнутой спинкой лицом к стене увлечён чтением мужчина средних лет в сюртуке и пенсне. Таков его уголок для досуга.
Между колоннами ажурный столик, несущий часы-домик из красного дерева. По бокам канделябры под одну свечу.
Интерьер выстроен по всем правилам перспективы. Чёткие линии направляют взгляд зрителя к точке их схода, к висящей в простенке гравюре с изображением трёх граций.
А вот ещё один образец зеленцовской «идеальной» обители, светлой и украшенной манящими зрителя произведениями искусства: скульптурами, картинами, дальней этажеркой с гипсовыми фигурками, бело-голубыми рельефными медальонами Фёдора Толстого…
Оживляют сцену щеголевато одетые обитатели комнат. Судя по всему, они не обременены посещением скучной должности и полностью посвящены досугу.
И на обоих полотнах окна, источники света – непременная деталь живописного интерьера. Окна играли большую роль в общественной жизни той эпохи. Обратите внимание – они довольно низкие, перед ними можно сидеть. А стало быть – обозревать происходящее на улице, здороваться со знакомыми, флиртовать… Всё это достаточно широко описано и в литературе того времени. Известный писатель Глеб Успенский однажды даже любился в дамский локоток, увиденный в соседнем окне! В общем, окно тогда – это целая жизнь!
А здесь даже собачка кажется произведением искусства…
Зеленцов родился в семье фабриканта (три завода), впоследствии разорившегося. В 1820-х годах Каптон Алексеевич служил чиновником в Министерстве внутренних дел, с 1826 года по 1841-й – в Собственной Е.И.В. Канцелярии, дослужившись до чина надворного советника. А это VII чин в Табели о рангах, соответствовал званию армейского полковника.
Перу Зеленцова принадлежат иллюстрации к таким произведениям, как «Баллады и повести» В.А. Жуковского (1831), «Юрий Милославский» М.Н. Загоскина (1838), «Дмитрий Самозванец» А.С. Пушкина, собранию сочинений Ф.В. Булгарина.
В 1812 году художник вместе со своим наставником А.Г. Венециановым участвовал в создании карикатур на французов и патриотических рисунков.
В 1817 году он сделал сорок офортов для издания «Волшебная лампы, или Зрелище С.-Петербургских расхожих продавцов, мастеров и других простонародных промышленников». В 1835-м создал «Занимательную азбуку, составленную и нарисованную Капитоном Зеленцовым».
Работал он и над портретами. Но славен до сих пор своими «Комнатами».
Скончался Капитон Алексеевич 15 мая 1845 года в Санкт-Петербурге. Его работы имеются в Государственной Третьяковской галерее, Государственном Русском музее, Государственном Эрмитаже, Государственном историческом музее, музеях Архангельска, Иркутска, Твери, Улан-Удэ, Минска...
Ранее мы рассказывали:
Посмотрите на это чудо! Художницы–передвижницы. Их было всего две...
«Непревзойдённый и увлекательный». Об иллюстраторе Клавдии Лебедеве
«Художник, солдат, атлет, обманутый муж...» Самый необычный и модный художник Пушкинской эпохи
Художник, которого Айвазовский считал преемником, а он стал жертвой странного скандала
«Особа бабьего сословия». Е.Д. Поленова, художница, первой нарисовавшая Бабу-Ягу