– Привет, Чернявая! – передо мной внезапно возник Рыжий, свирепо размахивая хвостом. Выглядел он странно недружелюбно. – П-приветики, хвост пистолетиком! – пискнула я, чувствуя своими кошачьими рецепторами недовольство собеседника, но не понимая, в чем дело. – Скажи-ка, – певуче-угрожающе промурлыкал Рыжий, обходя меня по кругу, – как так получилось, что я оказался Шуриком в вашем чудо-фильме и ни сном, ни духом не знаю об этом? – А! – сообразила я, о чем речь, но тут же примолкла. Ведь и верно, мы все выбрали Рыжего, но я не слышала, чтоб сам Рыжий высказался по этому поводу. Молчит – значит, согласен, так ведь? – Ну ты же не возражал... – Это потому, что меня там не было! – рявкнул Рыжий так, что я чуть не подпрыгнула. – Я дрых себе на солнышке, потому что мне глубоко безразличны все ваши собрания! Я кот, который гуляет сам по себе! Мне хватило веселья, когда вы уговорили меня ходить по веревке, а потом эту веревку уронили! Вместе со мной! – Знаешь ли! – от возмущения я ринул