Делаем артикуляционную гимнастику. Упражнение «Хомяк». Ребенок надул щеки, поперекатывал «зернышки»: то за одной щекой, то за другой, - задумался... - Наталья Юрьевна, а у меня есть хомяк. - Правда? Как его зовут? - Снежок. - Дай, угадаю. Наверное, это потому, что он белый-белый, как снег? Тяжелый вздох разрывает сердце. - Ох, белым он был давно, в молодости. А сейчас серый. Пытаюсь проникнуться судьбой хомяка. Ребенок ведь явно переживает. - Что случилось? Испачкался? - Нет, постарел. Пока я свыкаюсь с мыслью, что хомяки тоже седеют, собеседник безжалостно продолжает: - Так что теперь, Наталья Юрьевна, он Снежок прошлогодний. Вот что тут скажешь? Философия. No comments.
Делаем артикуляционную гимнастику. Упражнение «Хомяк». Ребенок надул щеки, поперекатывал «зернышки»: то за одной щекой, то за другой, - задумался...
- Наталья Юрьевна, а у меня есть хомяк.
- Правда? Как его зовут?
- Снежок.
- Дай, угадаю. Наверное, это потому, что он белый-белый, как снег?
Тяжелый вздох разрывает сердце.
- Ох, белым он был давно, в молодости. А сейчас серый.
Пытаюсь проникнуться судьбой хомяка. Ребенок ведь явно переживает.
- Что случилось? Испачкался?
- Нет, постарел.
Пока я свыкаюсь с мыслью, что хомяки тоже седеют, собеседник безжалостно продолжает:
- Так что теперь, Наталья Юрьевна, он Снежок прошлогодний.
Вот что тут скажешь? Философия. No comments.