При расставании Цесаревич Николай Александрович разрешил балерине Матильде Кшесинской по-прежнему обращаться к нему в случае необходимости.
Вот как об этом пишет сама Кшесинская:
Действительно, когда бы мне ни приходилось к нему обращаться, он всегда выполнял мои просьбы без отказа
Самым громким из подобных обращений балерины к императору (возможно мы просто не знаем всех случаев) стал скандальный эпизод, когда Кшесинская фактически уволила директора императорских театров князя Сергея Волконского.
Однажды князь Волконский (который относился к Кшесинской, мягко говоря, очень прохладно) наложил на балерину штраф в 50 рублей за то, что на один из спектаклей она самовольно надела короткую балетную пачку вместо положенных по сюжету фижм XVIII века (балет был по мотивам судьбы знаменитой балерины эпохи Людовика XV Мари Камарго).
В ответ Кшесинская обратилась с письмом к Николаю II с просьбой снять с нее это взыскание. Вот как об этом эпизоде написал сенатор Александр Половцов в своем дневнике:
Государь приказал министру двора барону Фредериксу исполнить эту просьбу; и когда Фредерикс возразил, что в таком случае положение всякого директора театров сделается невозможным, то государь ему сказал: - Я этого желаю и желаю, чтобы со мною об этом больше не разговаривали. - Волконский подал просьбу об увольнении от должности, и на его место назначен полковник Теляковский, ничтожный человек, который будет безмолвным слугой Кшесинской.
Как часто бывает в подобных случаях, по Петербургу поползли слухи один непристойней другого, и через некоторое время во время аудиенции в Аничковом дворце императрица Мария Федоровна поинтересовалась у князя Волконского причинами его отставки. Бывший директор театров не стал ничего таить и рассказал все, как было на самом деле.
В этот момент проходили последние приготовления к свадьбе младшей сестры Николая II, великой княжны Ольги Александровны, с принцем Петром Ольденбургским.
Торжество должно было состояться в Большом Петергофском дворце, а кульминацией вечера должен был стать балет (на большом искусственном озере в Колонистском парке у "Ольгиного павильона") в котором должна была блистать Матильда Кшесинская.
На глади озера должен был быть установлен помост, устроенный таким образом, чтобы зрителям со стороны казалось, что Кшесинская появляется на сцене прямо из воды.
Волшебная музыка на фоне ночного неба, сказочная иллюминация, дорогие костюмы и изысканные композиции из живых цветов должны были оттенять талант императорской прима балерины.
Без сомнения, этот вечер стал бы одним из самых триумфальных в карьере Матильды Кшесинской.
Однако разъяренная Мария Федоровна пресекла все эти грезы скандальной балерины одним молниеносным решением.
Вдовствующая императрица волевым порядком перенесла свадьбу дочери в Гатчинский дворец, который был ее личной вотчиной и в котором только она устанавливала порядки. Естественно, что ни о каком вечернем балете в Гатчине больше не могло быть и речи.
Матильда Кшесинская поскандалила из-за 50 рублей (хотя понятно, что это был скорее лишь предлог) но лишилась личного триумфального торжества.
При этом Мария Федоровна указала зарвавшейся балерине (и новому директору театров) на их место, но попутно лишила историю русского театра значимого профессионального события.
Тоже, конечно, печально... Искусство то тут причем! Но, по правде говоря, лично мне хочется поступок Марии Фёдоровны почему-то оправдать.