Русалку анчутке пришлось ждать довольно долго. Он терпеливо сидел на камне, ковыряя пальчиком какую-то окаменевшую ракушку, и поглядывал по сторонам.
Наконец, под скалой что-то плеснулось, и анчутка вприпрыжку помчался вниз. Русалка помахала ему рукой.
- Привет! Не смогла сразу приплыть, свои хлопоты. Рыбаки почему-то сеть не сняли к утру, и туда знакомая морская черепаха впуталась. Пришлось повозиться.
Анчутка покачал головой.
- Мне почему-то кажется, что не только эту сеть не сняли, так что вы поосторожней.
- Что-то случилось в городе?
Ага, - кивнул анчутка, - какая-то ночная пьянка с битьем всего, что подвернется под руку.
- И много чего набили? – поинтересовалась русалка.
- Нет, - помахал головой анчутка, - без души как-то гуляли. Не было широты, размаха… Два или три лица, а в основном – посуду, да и ту пустую.
- Ясно, - задумалась русалка, - такое тут бывает. Обычно, когда какой-нибудь корабль возвращается с большой добычей, ну или во время праздников.
- А народные волнения к праздникам относятся? – поинтересовался анчутка.
Русалка весело рассмеялась.
- Дружок, в пиратском городе любые волнения – это самый долгожданный праздник! Правда, давненько их не было. Последний раз – когда какой-то капитан ограбил торговый корабль, который вез товары для старого бургомистра.
- Странно, - удивился анчутка, - городу то зачем волноваться?
- Так мнения разделились. Бургомистр настаивал, что пират не должен грабить пирата, а капитан корабля говорил, что корабль торговый, стало быть – законная добыча.
- И кто оказался прав? – поинтересовался анчутка.
Русалка пожала плечами.
- Сложно сказать. Так как мнения разделились, то в конечном итоге бургомистра выкинули из окна на площадь, по старой традиции, а потом выбирали нового. И народ решил, что волнения были не напрасны, власть поменялась, и праздник удался.
Анчутка задумался.
- Но ведь вопрос – можно ли грабить корабли бургомистра – он остался? Меня, как практикующего судью, это интересует.
Русалка пристально посмотрела на анчутку,
- Если верить прецеденту, то пиратская традиция всех грабить оказалась более значима для пиратов. Тем более, что пиратов у нас много, а бургомистр один.
Анчутка вздохнул.
- Да, бургомистр один. И тот, как ты говоришь, не пережил народных волнений.
Анчутка достал из сумки сухарик.
- Угощайся. Я к тебе с просьбой.
Русалка взяла сухарь и улыбнулась.
- Вот спасибо! Как понимаешь, в море хлеб нечасто встретишь.
Анчутка подождал, когда русалка сгрызет сухарь, и принялся подробно объяснять, как разыскать морского дракона. Русалка слушала, перекладывая в уме береговую линию на привычные морские ориентиры.
- Пару дней, пока разыщу дракона, - кивнула она наконец. – Только что твой дракон будет делать, если какой-нибудь капитан корабля решит пальнуть в него из пушки?
Анчутка махнул лапкой.
- Это я возьму на себя.
- Ну возьми, пока мы не взялись. Мы дракона в обиду не дадим.
И русалка, послав анчутке воздушный поцелуй, уплыла в море.
Вообще, морские русалки характером не в пример жестче своих речных товарок. Во всяком случае, у речных анчутка никогда не видел оружия. А у морской через плечо был перекинут шнур из водорослей, а на поясе висела острая раковина. Поэтому и не связывались с русалками ни рыбаки, ни пираты - примета уж больно плохая. Свяжешься, а потом будешь на дне морском сидеть с веревкой на шее, и пасти крабов, покуда у самого ласты не отрастут от такой жизни.
Анчутка еще посидел на камешке, поглядывая на воду, и пошел в город. Надо графа предупредить, что через два-три дня приплывет морской дракон. И, судя по настроению русалок, пиратам придется быть очень смирными. Ибо обижать дракона – очень нехорошая примета.